Баба как баба. Не знаю, я не смотрю на чужих женщин, - а глаза опять масленые сделались. Нина взяла его вспотевшие ладони и поняла, что попала в точку. Это она, та самая разлучница, которая вызывала скорую.
Олечка была беспокойная. Совсем не оставалась одна, плохо спала ночью.
- Никитка столько хлопот не доставлял, - говорил Павел. – Я читал, что в это время дети спят 21 час в сутки, - Нина улыбалась. Откуда ему знать, что делают дети в этом возрасте, когда он все время только о себе думал.
Сейчас все изменилось. Паша все свободное время был дома. Ночью застирывал марлевые подгузники, пока Нина кормила дочь грудью. Утром уходил на работу с красными глазами не выспавшегося человека. Приходил счастливый, и сразу бросался на помощь жене.
- Ты устала, - участливо говорил он, - приляг, я с Олей посижу.
Он видел первые шаги дочери и первые звуки. Он радовался, когда дочь мирно засыпала у него на руках. И проводил с ней бессонные ночи, когда она болела. Все приходило в норму. Но Нина все равно постоянно помнила о том, что слышала чей-то голос в тот вечер. И это не давало ей покоя.
В первые дни после заселения к ним пришла соседка. Звали её Рая, и она жила прямо напротив квартиры Нины и Павла. Соседка была веселая, беззаботная. Муж у неё работал в ЖК. И потому она была сведуща во всех строительных делах. Она знала, когда подключат лифт и когда планируется отключение воды или света. Она заискивающе стучала в дверь и предлагала свои услуги.
Нине она не нравилась. Слишком яркая, слишком навязчивая. Но других подруг не было, а потому помощь новой соседки она принимала. Но что-то отталкивающее было в ней. А еще Нина не могла отделаться от мысли, что есть в ней что-то отдаленно знакомое.
Однажды она сказала об этом Павлу. Тот смутился, покраснел, отвел глаза и стал мямлить.
- Баба как баба. Не знаю, я не смотрю на чужих женщин, - а глаза опять масленые сделались. Нина взяла его вспотевшие ладони и поняла, что попала в точку. Это она, та самая разлучница, которая вызывала скорую.
На следующий день Рая позвонила в дверь:
- Я за молоком, - радостно верещала она, - тебе ничего не надо.
- А ты зачем сюда ходишь? – Нина сама от себя не ожидала, - что тебе от нас надо? Ты замужем, а привязалась к чужому мужу. Думаешь, если ко мне ходить станешь, так я не замечу, как ты Пашу приманиваешь? А твой – то Сергей не догадывается?
- Ты с чего это взяла, - Рая покраснела и вытаращила глаза, - какого мужа? О чем ты?
- Думаешь, я не помню, как ты скорую мне вызывала? Думаешь, не догадалась, почему ты оказалась рядом?
Рая закрыла лицо руками и стала всхлипывать.
- Я не виновата, что люблю его. Что только я ни делала, уж и уехать пыталась. Но у Сергея жилье служебное, его ни обменять, ни продать нельзя. Уезжайте вы, - Рая будто очнулась, - зачем нам мучиться. А вы уедете, и все забудется.
- Никуда мы не поедем, - устало произнесла Нина, - наездились. Делайте что хотите. – И закрыла дверь перед самым носом назойливой соседки.
В этот день Нина долго не могла уснуть. Больше всего её беспокоило то, что ей совершенно все равно. Она не чувствовала как раньше ревность, злость, обиду. Зато появилось чувство брезгливости. И нет любви, совсем. Как чужой человек рядом. Нина не ждет его с работы, нет желания рассказать новости. Нет желания обнять, не хочется прижаться к небритой щеке.
Сначала она думала, что пройдет со временем. Но время шло, а чувства не появлялись. Павел выполнял любое её желание, старался. И нельзя сказать, что Нина этого не ценила, но сделать с собой ничего не могла. Не лечило время, все ложь.
Она как и прежде наблюдала, как женщины старались понравиться Павлу, только не испытывала при этом ничего. Зато появилась уверенность в себе. А когда Нина успешно забиралась по карьерной лестнице и коллеги в открытую ей говорили:
- Вот Вы – Нина Андреевна, вроде ничего особенного. Не первая красавица и не модница. А муж у вас и красивый и зарабатывает хорошо и любит Вас. А вы словно селедка замороженная, ни чувств в вас, ни любви нет. Смотрите на него, как на пустое место. Не боитесь, что придет какая-нибудь красотка, и отобьет его у Вас. Не страшно?
Нина на это только улыбалась. Ей пока еще приятно было, что по-прежнему Павел всем нравился. Вот только потерять его она больше не боялась. А чего бояться? Она крепко на ногах стоит. Карьера в гору идет. Уже зам. Главбуха. Ценят её на работе, советуются. Зарплата Павла, конечно же, больше, но и без неё она не пропадет. К тому же Никита совсем взрослый. Через пару лет упорхнёт из родительского гнезда. А Олечка отличница. С ней и хлопот никаких нет.
Только вот любит Олечка отца больше жизни. Потому и терпит эту жизнь беспросветную Нина, потому и живет с опостылевшим мужем.