Сегодня в нашей постоянной рубрике "Студент читающий", где мы с сыном-студентом говорим о книгах — наш постоянно обсуждаемый писатель Михаил Елизаров. Кажется, уже не осталось у Елизарова книг, о которых бы мы не поговорили.
— Какой тебе рассказ больше других понравился?
— «Маша». Этот рассказ хорошо передает ощущения после трагического расставания лирического героя с любимой девушкой, после чего все остальные потенциальные подруги кажутся невменяемыми и максимально неподходящими. К тому же рассказ очень смешной. Лирический герой погружен в свое страдание. Маша — «трогательное и угловатое пугало из гугла» — прописана так, что она вызывает жалость.
— А мне показалось, что рассказчик над Машей просто глумится.
— Это смотря где провести разделение лирического героя и автора. Герой глумится, а автору Машу жалко, мне так показалось.
— Лично мне одним из лучших в этом сборнике показался рассказ «Зной».
— Мне тоже. Мне близко состояние героя, когда хочется уехать далеко от людей и там ловить какие-то экзистенциальные состояния. Очень честно и беспристрастно описаны чувства молодого человека, он как скальпелем себя вскрывает, показывает, как он, смешной и несчастный, брел по крымской степи…
Кстати, в этом рассказе есть отсылки к другим произведениям Елизарова. Герою примерещился мальчик со странными ногтями на кладбище, и там же он увидел захоронение с фамилией Бахатов. Дебютная повесть Елизарова — «Ногти», где фамилия главного героя — как раз Бахатов. Герой грызет ногти, это форма ритуала.
— Там же этот юноша, сбежавший от всех, еще встретил женщину с девочкой и старуху, которая требовала отдать ей девочку. Это тоже знакомый образ для тех, кто читал другие книги писателя?
— Тема старух у Елизарова есть везде, в том числе и в «Библиотекаре». Елизаров говорил в интервью, чем ему нравится старуха как эстетический объект. Его воспитанием в детстве занимались бабушки и прабабушки, поэтому старухи — частые персонажи его произведений.
Мне кажется, «Мы вышли покурить на 17 лет» — это самый нежный, лирический и самый близкий к жизни его сборник. Не случайно на нем стоит посвящение дочери Леночке.
— Возможно, и так. Хотя я не все поняла, например, рассказ «Меняла» — о чем и к чему? Елизаров описывает случай, как его избил в детстве нехороший мальчик Витя, а потом, став взрослым, он встретил этого же Витю, меняющим валюту. И что?
— Это очень характерный елизаровский рассказ. Он про разные породы людей, разные формации. Елизаров — дитя идеального Советского Союза, который показывали в фильмах про хороших пионеров-тимуровцев. Этот герой-идеалист, выросший на фильмах и книгах о дружбе, противопоставлен уличной шпане с изначально шкурными интересами, Витя рос шпаной и вырос таким же. Елизаров показывает, что эти два типа людей даже физиологически различаются, в теле его оппонента оказалась выемка для денег рядом с сердцем. Есть же выражение «ближе к сердцу» — вот у Вити там деньги лежат. Типичный для Елизарова ход, преломление метафоры. Не случайно его сравнивали с Гоголем в начале творческого пути. Первый сборник «Ногти» — там тоже много подобных находок, связанных с физиологическими дефектами.
— Мне в целом рассказы в сборнике показались неравноценными. Тот же «Готланд», где автор повествует, как он ездил в Швецию по гранту, показался, как текст из ЖЖ.
— Возможно, он из ЖЖ и взят, потому что Елизаров очень активно вел свой «живой журнал» одно время.
— Мне показалось, что «Рафаэль» — совершенно ученический рассказ, будто дали задание в Литинституте или в какой-нибудь школе писательского мастерства — через «остранение» передать житейскую ситуацию, и он это сделал, использовал этот прием.
— А как тебе «Кэптен Морган», где мужик покупает ром?
— На мой взгляд, какая-то слабенькая психологическая зарисовочка, просто бытовая сценка. Как раз подтверждающая, что рассказы очень разные, сильные и слабые. А вот рассказ, давший название сборнику, мне понравился, он хорошо отражает атмосферу безумных 90-х, дает портрет поколения. Он более реалистичный. Конечно, если бы ненормативной лексики было поменьше, или она была так же элегантно упакована, как в рассказе «Готланд», мне бы сборник понравился больше.
— Ну он так говорит, так мыслит, это его языковая стихия.
— А что за история с автографом?
— Мне эту книгу привез из Питера друг, он там ее увидел в букинистическом магазине. Зато теперь у меня есть книга с автографом Елизарова, правда, подписана она не мне. Да неважно, главное, что есть!
— Вопрос к тебе, как человеку, прочитавшему почти всего Елизарова. Какое место в его творчестве занимает этот сборник, рекомендуешь ли его читать?
— Это точно не лучшее, что им создано. Начать читать Елизарова с этого сборника — то же самое, что взрослому человеку учиться плавать в бассейне для детей. Начинать знакомство лучше с других произведений. Но чтобы понять автора, ближе узнать его как человека, можно познакомиться и с рассказами. Кстати, написанную в юности песню «Мы вышли покурить на 17 лет» Елизаров до сих пор исполняет на концертах.
А вы читали, что скажете?
Читайте также на канале: