Глава 165
В 1995 Кристофер упал с лошади, сломал позвоночник, оказался парализованным и после двадцать лет почти был в инвалидной коляске. Вот обо всем этом я, пока мы летели на самолёте, рассказала Светлане. И знаешь, что она мне ответила?
– Нет, не знаю, – сказала Маша.
– Она грустно посмотрела мне в глаза и произнесла: «По крайней мере, он был жив все эти годы». Я поняла, что сморозила глупость. В самом деле: распинаюсь тут про несчастного актёра, который хоть и сильно пострадал, но остался жив, перед девушкой, у которой родители в автокатастрофе погибли. После этого перестала ныть.
Мы прилетели в Цюрих, затем отправились на машине на курорт. Можно было на электричке, кажется. Но Светлана не согласилась. Сказала, что не любит на поездах кататься: ей нравится смотреть во все стороны, а в вагоне можно только на одну. Словом, мы поехали, хотя путешествие оказалось довольно сложным: горные серпантины, высокие мосты и тоннели, плюс разреженный воздух. Я к нему не привыкла, было немного трудно дышать первое время, пока не освоилась.
Да ещё страх высоты. Такой, что я всю дорогу крепко держалась одной рукой за ручку двери, а другой за руку Светланы, которая мне её протянула, видя мои страдания. Во время пути я спросила, почему она не боится ездить на машине. «Ты хотела сказать – «после гибели моих родителей?» «Да», – призналась я. «Потому что одному Богу известно, кто, когда и от чего умрёт. Конечно, если совать голову в петлю, рано или поздно окажешься повешенным. Но когда знаешь, что делаешь, то не страшно», – ответила Светлана.
В этот момент я поняла, что у девушки, несмотря на пережитое горе и сильнейший стресс, который довёл её до глубокой депрессии, все-таки зарубцевалась душевная рана. Больше она не страдает так сильно, как первое время после похорон родителей. Переоценила свою жизнь, вот почему мы теперь едем с ней через Альпы по Швейцарии, а не сидим больше затворницами в поместье.
– Мы приехали на курорт, поселились в двухместном, очень уютном номере, где на полу вместо ковра лежала огромная шкура бурого медведя. Я, правда, подумала сначала, что так во всей гостинице, и сказала об этом Светлане. Она лишь рассмеялась, сообщив, что этот номер эксклюзивный, здесь часто останавливается во время поездок на отдых её брат Александр, а он любитель таких вот экзотических украшений. «Потому специально для него и постелили. Теперь для нас, потому что фамилию узнали», – сказала Светлана.
Отдохнув от перелёта и занявшей несколько часов поездки на машине, мы спустились в ресторан, перекусили и отправились на прогулку. Местечко, в которое прибыли, считалось не таким фешенебельным, как Санкт-Мориц и Куршевель, например, а попроще. Скажем так: второго ряда. Но вовсе не потому, во всяком случае, что у Шеина не было денег. Уж он-то мог себе позволить отдыхать где угодно, его вообще расходы не волновали.
Просто он предпочитал места не слишком шумные, менее популярные. Здесь ему, как мне рассказала Светлана, было проще приятно проводить время со своими «подружками».
– Она что, знала, что он предпочитает девушек по вызову?! – удивилась Маша. – А как же она тогда отнеслась к вашей свадьбе?! Вель решила, наверное, что ты… из таких. Прости, конечно.
– Всё нормально. Хорошо отнеслась. Я же говорила тебе: восприняла с большой радостью. Знаешь, все-таки людям иногда хочется верить в светлое завтра. Вот и Светлана решила, что в конце концов её брат, возможно, решит благодаря мне переключить внимание с девиц низкой социальной ответственности на свою жену. Наивная она, конечно, была в этом вопросе. Если человек встаёт на такой путь, когда покупает женщин, ему с него свернуть бывает невыносимо тяжело, если вообще получается когда-нибудь.
– Я из твоего предыдущего рассказа поняла, что Светлана не знала о брате таких интимных подробностей.
– Тоже так думала, что она не знает. Просто умело делала вид. Я же все-таки была для неё чужим человеком. А уж потом открылась. Причём сама, под большим секретом. Однажды мы пошли гулять по посёлку, – сказала Кристина. – Вечерело, и было так красиво все вокруг. Шёл небольшой снежок, щеки и носы пощипывал мороз, под ногами хрустело. Я ощутила себя словно в далёком детстве, когда мама выводила меня на прогулку после снегопада. У нас на черноморском побережье такой мороз большая редкость: обычно снег если идёт, то мокрый и быстро тает. А однажды выпало его много: пушистый, сверкающий на солнце. Мама вывела меня на прогулку, и мы с ней долго гуляли по парку. Лепили снеговика, кидались снежками. Помнится, я даже украдкой пробовала лопать снег – он мне казался чем-то вроде мороженого, только не сладкий.
И вот мы гуляли по этому посёлку… Как же его… Шамони-Монблан, вот! Кстати, интересное местечко: там в 1924 году прошли первые зимние Олимпийские игры. Забавно, правда? Летние стали проводить с конца XIX века, первые так и вовсе несколько тысяч лет назад. А до зимних додумались в первой четверти века двадцатого.
Мы прогулялись по улицам городка. Ты знаешь, в плане архитектуры он мало чем может удивить: здесь нет каких-то выдающихся зданий с неповторимой архитектурой. Все подчинено одной цели – практичности. Если проехать по Рублевскому шоссе и посмотреть на тамошние особняки, то улочки Шамони-Монблан покажутся в сравнении с ними какой-то убогой деревушкой. И не скажешь, что это место – один из горнолыжных курортов Швейцарии.
Все очень скромно, без изысков. Но Светлане, кажется, только это и нужно было. То есть тишина, покой и моё общество, а не пышные особняки на каждом шагу и толпы туристов, жаждущих развлекаться. Потому мы просто бесцельно бродили по городку, любуясь его простой красотой. Правда, не смогли себе отказать в удовольствии зайти в несколько магазинчиков.