Вчера снова подошел и навис сверху, поставив руку над моей головой. Ростика я невысокого, едва до плеча рыжему долговязу достаю. — Поцелуемся? — издав смешок, косится на своих дружков, стоящих неподалеку и ожидающих сигнала поржать. — Можешь присосаться к выхлопной трубе своей тачки, Тимурчик. А здесь тебе ничего не обломится, — зло щурюсь, запрокидывая голову. Его дыхание близко. От моего протеста глаз дернулся. Приложил палец к своим губам, словно о чем-то задумался. Недоброй мутью зрачок расширился. — Интересный экземпляр, — тянет вязко слова, склонив голову на бок. — Ставлю тебя на счетчик, Ариэль. Начнем с десяти тысяч… пока рублей. Не принесешь, пеняй на себя, розовая. — Десять? Тысяч мне послышалось? — копошусь в сумке и загребаю из кармашка мелочь. — Держи! Сдачи не нужно, — кидаю ворох монет в него. Рублики посыпались со звоном, разлетаясь по коридору. Некоторые докатились до кроссовок Круглого и второго парня… Как его там? Круглый даже присвистнул и двинул монетку ногой. Не