Жизнь Светланы Александровны и Михаила Андреевича была полна радости и счастья. Про таких говорят, что они созданы друг для друга. И в горе и в радости всегда вместе. Так и прожили сорок два года душа в душу.
Так было, пока однажды не случилась беда. Все чаще Михаил Андреевич стал жаловаться на давление. Это и стало причиной трагедии. Любимый муж ушел из жизни во сне, оставив ее одну.
Мы все близкие приехали на похороны и не узнавали нашу любимую маму и бабушку. Горе так подкосило, что за один вечер она постарела лет на десять. Бабушка словно окаменела. Сидела и неподвижно смотрела в одну точку.
— Мама, поплачь. Тебе станет легче, — уговаривала её дочь.
Но бабушка словно провалилась в свое горе и «застыла» там. И даже на кладбище во время похорон как будто физически здесь, а в мыслях — непонятно где.
На следующий день мы остались, чтобы еще раз сходить на кладбище. Бабушка тоже с нами стала собираться. На улице стал накрапывать дождик.
Бабушка взяла куртку дедушке и стала звать его:
— Миша, Миша. Возьми куртку, на кладбище пойдем.
У меня даже волосы на голове зашевелились. Мама тоже с опаской посмотрела на бабулю.
— Мама, папы больше нет. Мы же вчера его похоронили. Мы же и на кладбище собрались к нему.
Слёзы ручьём потекли из глаз бабушки. Мы с мамой не могли успокоить ее и уже собрались вызывать скорую, когда она вдруг сама перестала плакать и успокоилась.
В это время подъехали остальные родственники. Бабушка с нами поехала на кладбище и только в этот раз осознала, что мужа больше нет.
Всем наши близкие разъехались. Казалось состояние бабушкины не вызывает опасений. Но у меня была возможность остаться еще на день, и я решила поддержать бабушку.
Утром бабушка как ни в чём не бывало сказала:
— Поезжай, Оленька, домой. Я сильная. За меня не волнуйся. Я справлюсь.
Мы поочерёдно каждый день звонили бабушке. Она убеждала, что всё у нее в порядке. Вот только изредка давление прыгает. Да постоянно ключи ищет от дома: всё забывает, куда прячет их.
Мы потихонечку радовались, что она поправляется после смерти дедушки. Жизнь входит в свою обычную колею. Во всяком случае так нам казалось, до того времени, пока не позвонила нам соседка бабушки.
— А что Светлана Александровна поехала с вами? После похорон так и не видели её на улице.
Мы с мужем на панике тут же сели в машину и поехали к бабушке. За три часа в дороге о многом передумала. Ведь я была её любимой внучкой и практически каждое лето проводила у неё. Иногда даже мне казалось, что я бабушку люблю больше мамы. Да и в детях моих она души не чаяла.
Я судорожно пыталась вставить ключ и открыть дверь, но руки меня не слушались. За дверью послышались шаркающие шаги. Бабушка открыла дверь и я, не удержавшись, ахнула.
На меня смотрела сильно похудевшая бабуля. Наверное за эти полторы недели килограмм 10 сбросила.
Мы с мужем, не сговариваясь, в один голос закричали:
— Вы что-нибудь ели за эти дни?
— Кушала, кушала. Бутербродики с чайком, — и показала на остатки хлеба еще после похорон. — Аппетита совсем у меня нет.
Я обняла бабулю, — стараясь вытереть слёзы, чтобы бабушка их не видела. Комок подступил к горлу и не давал дышать.
— Бабушка, а почему ты подружкам дверь не открывала? Почему не выходила на улицу?
— Оленька, без дедушки я никого не хочу видеть. Да и кто меня ждёт там на той улице.
— Собирайся, бабушка. Поедем с нами. Мы тебя здесь не оставим одну. Поживешь с нами, ты нам очень нужна.
Это теперь я знаю что это были первые признаки начинающиеся деменции. Толчком заболевания и послужила тяжелая утрата дедушки. Впереди нас ждали ещё и потеря памяти, и нежелание выходить из комнаты. И беспричинные падения. И многое другое.
Но это было только начало. Начало тяжелого конца. Но об этом в другой раз.
Спасибо, что дочитали. Подписаться на канал можно здесь