©, Оля Тихонова, 2023 Рубрикатор
На следующий день мне велено было явиться в поликлинику при больнице на перевязку к хирургу. Я явилась. Если бы не было велено, я бы всё равно явилась, так как палец распух и дико болел.
На приёме молодой симпатичный хирург (настолько молодой, что кажется вчера только сдал выпускные экзамены), один из тех, о ком вчера сплетничали сестры с врачом. Как я поняла? Просто спросила: вы ли тот, который?..
Зачем спросила? Чтобы вам рассказать. (шутка)
Я интересуюсь людьми, событиями и явлениями, происходящими со мной и вокруг меня. Мне нравится понимать причины поступков людей и причины событий. Я же историк и педагог, и ещё немного психолог, и ещё немного публицист...
Из того же интереса задала вопрос:
— Почему со мной так ужасно обращались вчера в приёмном покое?
Доктор перепугался, словно я предъявляю ему претензию, сразу бросился отмежёвываться:
— Я здесь не при чём... я вас не принимал...
— Да, я вас не обвиняю... Мне просто интересно. Я понять хочу.
Доктор успокоился, ответил быстро и уверенно (как человек хорошо знающий ответ, убежденный в правильности ответа, не раз отвечавший таким образом себе и другим):
— Потому что у нас зарплаты маленькие.
— Но вы же идёте в медицину, изначально зная, что там нет денег. Безденежье врачей — общее место всех разговоров.
— Мы идём с другой мотивацией, долго учимся, а потом вот так...
Не аргумент, подумала я. Тут либо «трусы надеть» — принять безденежье, сложные условия работы как данность и вести себя с пациентами по-людски, либо «крестик снять» — уйти работать в другое место, кем-то другим...
Одна из моих школьных учениц, окончив мед, поработав в больнице и поликлинике, осознав, что трудиться за идею можно, но не хочется, получила второе высшее и благополучно работает программистом. Да, жалко времени, отданного тяжёлой учёбе. Да, грустно расставаться с мечтой. Но если ты не можешь сохранять человеческий облик, орёшь на своих пациентов (потому что не можешь наорать на людей, которые назначили тебе нищенскую зарплату), игнорируешь своих пациентов, теряешь лицо, к чему такая работа?
Осмотр у хирурга закончился на констатации:
1. рана сухая, можно не перевязывать, ходите так...
2. если волнуетесь, что нож был грязный (а нож был чистый), попейте 7 дней антибиотики...
3. к нам больше не приходите, через 14 дней идите снимать швы, давайте мы вас сразу запишем он-лайн...
Выдавая мне распечатанный талон на приём к хирургу молодой врач с усмешкой произнёс (не то мне, не то медсестре): «К Рамазану Люмановичу, хм-хи... ещё не видели...». И сестра ему ответила с такой же усмешкой: «Хи-хм... да уж...». Так я услышала его имя во второй раз.
Я снова вернулась на дачу, потому что несмотря на дико болевший палец, сезон грибов и земляники никто не отменял.
Название города Кстово (того, рядом с которым моя дача) происходит от мордовского «Кста» — земляника, она изображена на гербе города. Леса и откосы оврагов в округе полны земляникой, малиной и грибами.
А ещё мои шесть кустов кабачков...
Не спрашивайте, куда мне столько (?) из жадности и немного из любопытства — это ведь шесть разных сортов (!)
...шесть кустов кабачков, две недели сбрасывавших одну за другой все завязи (то ли от холода, то ли от холода и бесконечных дождей), взялись плодоносить одновременно. Сами понимаете, когда за раз снимаешь пятнадцать изрядно подросших кабанчиков и еще четыре кабана-переростка приносит тебе соседка, до пальцев ли тут...
Но у травмированного пальца были свои планы. Он вообще не собирался улучшаться. С каждым днём отёк увеличивался, боль усиливалась. Через два дня палец перестал сгибаться, а я начала пить антибиотики.
Каждый читатель имеет право быть несогласным с мнением автора. Рубрикатор (перечень всех статей канала, разбитых по темам)