На очередных курсах, что-то связанное с кармой, проскочила мысль, что ребенка можно взять в детском доме. Это плюс к карме и спасенная чья-то жизнь и судьба.
Полина обсудила эту идею с Олегом, и он оказался, в принципе, не против. Так и сказал:
- Я, в принципе, не против, но у меня нет времени заниматься бумажками, так что давай сама, а я потом, где надо, распишусь.
Полина окунулась в проблему с головой, и думать забыла о своих заглушках. Ребенок – это жизнь! Это не заглушка – это цель, идея, смысл существования.
Начало рассказа "Заглушка" - ТУТ
Когда Полина шла с финальным пакетом документов к Олегу, чтобы он ознакомился и расписался, перед отправкой на рассмотрение комиссии по опеке, обнаружила Олега на рабочем месте. Только не работой он был занят, а Полининой коллегой Ларисой.
Полина демонстративно откашлялась и смотрела, как они резко прерываются, путаясь в деталях гардероба, одеваются, как хватают ртом воздух, чтобы выровнять дыхание. Спокойно смотрела, отрешенно.
Ларису Олег выдворил в коридор, а Полине пытался все объяснить:
- Ты должна меня понять! Я детей хочу! Своих детей, а не черт знает что из детского дома! И пусть у Ларисы и татуировки, и волосы с ресницами наращенные, но она сможет мне родить сына, а ты нет!
- Понятно, - сказала Подина и ушла.
Измена – заглушка, Олег – заглушка, развод – заглушка.
Ей одной государство ребенка доверить не могло. Так что, ребенок – тоже заглушка.
***
У Полины несколько раз всплывала в сознании мысль: «А сколько таких заглушек сможет переварить ее психика?» Но даже мысль о заглушках была забита заглушкой.
Только психика заглушки не переваривала, а копила с маниакальным безумием коллекционера. Это как заплатки на плотине. Рано или поздно ее обязательно прорвет. И тогда жди катастрофы.
***
- Полиночка, - обратился к ней Кирилл Евгеньевич, заведующий лабораторией, где продолжала трудиться Полина, - Я хочу предложить тебе перевестись в другую лабораторию. Я договорюсь, ты не волнуйся!
- Вас не устраивает моя работа? – спросила она.
- Меня все устраивает, просто с понедельника выходит Олег с Ларисой. Они вернулись из свадебного путешествия. И она уже беременна. Понимаешь, мне скандалы не нужны.
- Не будет никаких скандалов, - заверила его Полина.
- Тебе я верю, - Кирилл Евгеньевич протер очки, - Я Ларисе не верю. Она может тебя специально провоцировать.
- Ладно, - согласилась Полина, - Переводите.
- Только одна загвоздка, переводом не получится, надо через увольнение. Ты не волнуйся, - уверял ее Кирилл Евгеньевич, - Я договорюсь, считай, уже договорился, тебя возьмут. Только у тебя отпуск не отгулянный. Давай так, сейчас ты идешь в отпуск, потом мы тебя увольняем, а потом на новое место работы без груза старых проблем.
- Делайте, что хотите, - сказала Полина, подписала два чистых листа бумаги: один на отпуск, второй на увольнение, и ушла домой.
***
- А вот, товарищи студенты, классический пример кататонического синдрома, - профессор Белов открыл карту, - Пациентке тридцать два года, была обнаружена в собственной квартире по сигналу бывшего мужа. Доставлена полгода назад, за это время состояние не изменилось.
Студенты рассматривали Полину через смотровое окно. Она лежала на кровати, держа голову сантиметрах в десяти от подушки.
- А какая-нибудь реакция есть? – спросил один из студентов.
- Иногда она проявляет признаки адекватного поведения, но тогда ее мозгом правят галлюцинации. Она разговаривает с мамой и папой, кричит, что не может помочь всем, потом забивается в угол и просит прощения у какого-то Артема, мы не смогли установить, кто это.
- А контакт с другим человеком есть? С реальным человеком? – спросил тот же студент.
- К сожалению, нет, - ответил профессор.
- Она же еще молодая! – проговорила студентка, - Что ее привело к этому синдрому? Врожденное или спонтанная шизофрения?
- Может, наркотики? – предположил кто-то с галерки.
- Мы провели некоторое расследование, чтобы уточнить анамнез, так вот у пациентки была не самая простая судьба. У нее были проблемы, каждая из которых могла привести к тяжелой депрессии. Но она, каким-то образом, подавляла в себе проблемы. Или, если хотите, копила, оставляя на потом. А когда они достигли критической массы, ее накрыло все и сразу, что и привело к такому состоянию.
- Да, - воскликнула девушка студентка, - Я знаю такой прием. Он называется «Заглушка». Когда случается горе, его глушат каким-нибудь занятием, чтобы пережить самый болезненный период. Но потом обязательно нужно возвращаться к этой проблеме и прорабатывать. Это второй курс общей психологии.
- Верно. Есть такой прием, - подтвердил профессор Белов, - И верно то, что к проблеме нужно возвращаться, когда острый период позади. А наша пациентка, видимо, не возвращалась, а просто откладывала все на какое-то неопределенное потом.
- А есть надежда на ее выздоровление? – спросила девушка.
- Сложно сказать. Лечащий врач назначил стандартное лечение, которое будет снимать остроту проявления симптомов, насколько это вообще возможно. А выздоровление? – профессор почесал кончик носа, - Пока она у себя в голове не решит свои проблемы, реальный мир для нее вряд ли будет существовать. Но мы, все-таки, надежды не теряем.
А когда студенты вышли, профессор погладил окошко и сказал:
- Держись, внучка!
***
Автор: Захаренко Виталий
Понравился рассказ, подпишись👇👇👇