Искать оправдания было глупо — их засекли самым нелепейшим образом. Иван дождался, когда через миллион часов Василиса наконец решится выбраться из ванной комнаты, и заботливо протянул ей сложенное в валик полотенце. Девушка была полностью одета, даже мокрые пряди скручены в хвост, так что он сунул ненужное полотенце на вешалку для курток и прокашлялся, чтобы скрыть растерянность.
— Уже ушла? — спросила девушка, хотя оба знали ответ. Просто так это не кончится.
— Ага, — подыграл Иван, — ушла. Наверное, живёт на последнем этаже, под крышей.
— Наверное, — согласилась Василиса и гордо прошествовала мимо него по коридору, — в любом случае надо выбрать, кто где спит.
Он изумлённо вскинул брови, но Василиса торжественно ткнула указательным пальцем в единственный диван в квартире, слишком узкий и шаткий для них двоих.
— Я могу спать на полу, — торопливо выдал Иван, прикидывая, почему её вдруг взволновали подобные пустяки. Пледа и свёрнутых одеял ему точно будет достаточно, да и не уснёт он после такого могучего представления.
— Зачем же так утруждаться, — едко пропела она и присела на край подбитого тканью поролона, — я вообще могу спать на улице.
Иван нахмурился и присел на корточки у её колен.
— Ты обиделась? Но на что?
— Ни на что, — Василиса нервно поправила резинку в волосах, — просто вместе мы слишком заметные. Проще будет разделиться. Каждый сам за себя. Вроде лес рядом, успею добежать без происшествий. Да и тебе лучше здесь не задерживаться.
Женщина для хозяина (начало, назад)
— Ого! А только что собиралась спать на этом самом диване! На тебя маленькая девочка так подействовала? Не целая толпа вооружённой охраны, а малышка с собакой? Серьёзно? Вдруг это просто соседка? Та, которая нелюбопытная?
Василиса закрыла ладонями половину лица и не дала ему оторвать свои руки от щёк.
— Плачешь?
Она отрицательно помотала головой, а потом убрала ладони, шмыгнула носом и прищурила покрасневшие глаза, выговаривая слова чуть гнусаво:
— Девочка расскажет остальным. Рано или поздно. И кто-то сопоставит факты. Мужчина, с ним девушка и животные ведут себя странно.
— Хочешь уйти отсюда?
Снова нет, но уже менее твёрдо.
— Тогда остаёмся ночевать? До завтрашнего утра?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Василиса всхлипнула, а Иван с досадой подумал, что она вообще-то права. Вот только ищут их на каждой трассе, на всех вокзалах и площадях, а городок в двух остановках от охотничьего озера — это слишком под боком, слишком нагло и потому непредсказуемо. Отличный вариант на ближайшие пару недель.
Если их не сдадут.
— Ладно, — Василиса легла на покрывало лицом к стене и свернулась калачиком.
Иван вытянул уставшие ноги, а потом хлопнул себя по коленям, встал и тоже выбрал себе кое-какую одежду. После душа мышцы гудели поменьше, да и дом успокоился — постукивание почти исчезло, уступив скрипам и царапанью.
Он проверил девушку — та лежала в той же позе, спиной к проёму — и поднял пластинку глазка, чтобы бросить беглый взгляд на лестничную клетку. Девочка была там — уселась на пол, прижала ладошки к кафелю, а лопатки к бетонной стене, и до крайности сосредоточенно смотрела зрачки в зрачки, будто могла видеть сквозь стекляшку дверного глазка.
Собаки с ней не было.
Иван обернулся, чтобы разбудить задремавшую Василису, но та уже сидела на кровати с очень прямым позвоночником.
Он коснулся губ пальцем, и тут к ним постучали. Деликатно, раз-раз.
Василиса опустила пятки на пол, а девочка пискляво объявила через дверь:
— Я убрала собачку. Не бойтесь.
Иван негромко ответил:
— Извини, мы уже спим.
Девочка засопела, а потом укоризненно добавила:
— Не спите. Я слышу. Тётя не спит, и ты тоже.
— Что ты хотела?
— Тётя Лида всегда приглашает меня поиграть.
— Мы честно устали и собираемся спать, — но взялся за дверную ручку.
— Я быстро. Правда-правда.
Иван щёлкнул запором и в открывшуюся щель заглянула просиявшая детская мордашка.
— Привет!
— Привет, — Василиса таращилась на гостью во все глаза.
— Вас тётя Лида позвала, да?
— Конечно. А ты не против, что мы поживём здесь недолго?
— Не против, — важно разрешила девочка, — тётя Лида добрая. Она угощает меня едой.
— А что ты любишь?
Девочка сделала хитрую физиономию.
— Ну как — что? Можно и конфетки.
И задорно захохотала, будто отмочила великолепную шутку.