– Похоже мы совсем заплутали, – рыцарь вертел карту и так, и эдак, но совершенно не мог понять, где они сейчас находятся. Всюду, куда хватало глаз, простиралась снежная равнина, изредка из снежных заносов торчало чахлое деревце, лишенное растительности, поэтому приходилось делать скудное пропитание с Морковкой, худевшей на глазах.
– По крайней мере, мы можем вернуться по своим следам, – позади них оставалась широкая тропа, протоптанная тремя парами ног и четырьмя копытами.
– Кажется мы действительно переоценили свои силы, – поникла неунывающая Зельда, она так сильно похудела, что платье висело на ней как на вешалке.
– А вы не задумывались, что карта на самом деле не настоящая? – задумался Хаким, – посудите сами – никто уже много веков не забирался в земли Инфалов и явно понятия не имеет, что здесь происходит, поэтому на карту нанесена только снежная пустыня.
– Вполне возможно, – согласился с ним Иттимен, он свернул карту в рулон и спрятал в сумку, – выходит, что карта нам теперь не помощник, поэтому готов выслушать ваши любые предложения относительно нашего дальнейшего путешествия.
– Очевидно, что мы вышли за пределы нарисованной карты, поэтому и не можем определить с точностью наше местоположение, – размышлял вслух Хаким, – полагаю, что самым правильным решением будет двигаться в прежнем направлении, тогда, рано или поздно, мы достигнем других земель.
– А что делать с припасами? – развела руками принцесса. – У нас совершенно нечего есть, разве что Морковку.
Ослица покосилась на девушку и в ее глазах промелькнул самый настоящий страх, но Зельда поспешила успокоить животное:
– Не бойся, я просто пошутила. Никто не собирается тебя есть.
Морковке переход через снежную пустынь дался особенно тяжело. Животное оказалось совершенно не приспособлено к таким путешествиям и низкими температурами, поэтому Иттимен закутал ее в свой плащ, чтобы она не замерзала. Вонючка же стойко переносил холод и на привалах ел снег горстями, нимало не заботясь о простуде. Он объедал кору с деревьев, жевал горькую полынь и был непритязателен в пище. Впрочем, большую часть времени он просиживал в сумке Хакима и не высовывался наружу, предпочитая спать.
– Здесь совсем не водится дичь, – пожаловалась Зельда, – иначе я смогла бы добыть ее с помощью арбалета, но за все время скитаний по стране холодов я видела только одного ястреба высоко в небе.
На очередном привале путники разделили последнюю краюху черствого хлеба и отправились дальше, еле переставляя ноги. Снежные сугробы впереди простирались на сотни лиг и казалось, что им не будет конца. Но неожиданно Хаким остановился и указал пальцем на север, расплывшись в улыбке.
– Вы только посмотрите!
Но многодневное путешествие в белом плену лишь притупило зрение путников и им казалось, что они давно ослепли от снежного великолепия, не в силах разглядеть то, что увидел волшебник.
– Что там Хаким? – Иттимен поднес руку к лицу, чтобы солнце не слепило его глаза. – Что ты там увидел?
Но волшебник понесся вперед, будто уже не ощущал холода, сковавшего его тело. Он ушел далеко вперед, остальные медленно его нагоняли и вот уже рыцарь замер на месте, воочию убедившись насколько Хаким оказался прав – перед ними расстилалась огромная и прекрасная зеленая долина, утопающая в деревьях и цветущих кустарниках.
– Это просто невероятно! – Зельда не смогла сдержать восторга.
– Что это за место? – недоумевал Иттимен.
– Это и есть земля Инфалов, которую они намеренно скрывали от людей, чтобы те никогда не нашли сюда дорогу, – проговорил Хаким.
– Выходит, это не люди боялись Инфалов, а Инфалы людей, именно поэтому они постарались скрыться от них как можно дальше, отгородившись ледяной страной, которая не пускала чужеземцев в эти благодатные края, – резюмировала принцесса.
– Их можно понять, – с сожалением отметил рыцарь, – я бы на их месте поступил точно так же.