На следующий день я все думала, чем себя занять, в конце концов решила поехать на набережную — в это время дня там было мало народа, можно было просто постоять у перил и посмотреть на реку. Меня всегда успокаивала большая масса воды — если бы не тонула в отрочестве, то, наверное, с удовольствием бы плавала. А так — хотя бы просто посидеть у воды, послушать слабый плеск волн о камень набережной. Легкие брюки, черная блузка без рукавов на одно плечо, сумочка, босоножки, и я готова. Глаза после вчерашнего были все еще припухшими, я порадовалась на свои очки — хамелеоны, которые на солнце стали непроницаемо-черными. Вот и «Речной вокзал» с синей полосой метромоста. Солнце грело, но не жгло, быстро преодолев подземный переход с множеством киосков с пестрым набором товаров, и вечно набитый людьми, я уже через пять минут, уже не торопясь, спускалась по широкой пустой лестнице к воде. Эти лестницы у Речного всегда вызывали у меня ассоциации с книжной Фейелла-бионин - из Янтарного королевства. Хотелось помечтать о том, что лестница не кончается, что она продолжится вниз, под воду. Да, я мечтательница… иногда так хочется немного волшебства, особенно когда на душе нелегко, как сейчас. Ветерок сдувал редких пока еще комаров, с реки приносило запах воды и свежести, волосы растрепались, но мне было все равно. Откидывая черные пряди с лица, я просто всматривалась в неспешное течение реки, и мне понемногу становилось полегче. Подойдя к самым перилам, я всматривалась в воду, слегка мутноватую от поднятого течением песка, мысли перестали метаться в голове и потекли плавно и более последовательно.
Конечно, я думала о том, что произошло со мной в последнее время и что с этим всем делать. Перебирая варианты, я не видела другого выхода, как просто перестать общаться со Славой — меня давило чувство вины перед его семьей, хотя, казалось бы, я ничего плохого им не сделала. Но, получается, сделала — тут же прокомментировал голос внутренней совести — ты же уводишь Славу из семьи, ведь так?
- Не так — слабо отбивалась я, - он же не баран, отбитый от стада, он сам шел на эти отношения!
- Ну значит, он просто подлая душа, которой хотелось гульнуть, но случилось непредвиденное — влюбился, - безжалостно продолжала совесть.
- Так и я влюбилась тоже — с горечью призналась я себе.
- Ну, вводные понятные, а вот что делать-то будем, а, невинная душа? - язвительно отзывалась совесть.
- Да замолчи ты, наконец. Не знаю! Люблю я его, и все. Мне без него плохо, я действительно хочу с ним вместе жить, и семью, и видеть его каждый день, черт подери!
Внутренний диалог унес облегчение, дарованное водой, и я пошла вдоль реки, запретив себе думать на какое-то время, надоело изматываться в бесплодной борьбе с собой.
Прогулка переключила мысли на вполне себе насущные хозяйственные нужды, я вспомнила, что нужно купить домой, и махнула на оптовку закупаться.
Домой я несла тяжелые пакеты, сосредоточившись только на смене рук, пальцы уже превратились в красные передавленные сосиски — что-то я размахнулась. Уже на подходе к дому меня догнал Слава и молча отобрал пакеты. Дома Ксюши не было — наверное, на свидание упорхнула, судя по забытой на столе косметичке. Все так же молча Слава помог разложить продукты, я поставила чайник, достала какое-то печенье, сделала две кружки кофе. Слава молча наблюдал за мной. После первых глотков кофе мы наконец разговорились.
- Я тебя около двух часов ждал.
- Я же не знала, что ты придешь.
- Да. Это точно. Надо было с утра приезжать.
- Ты не работаешь? Или у тебя отпуск?
- Я уволился. Нашел другую работу, там по компьютерным запчастям специализация. Просто выход еще через неделю.
- Понятно, поздравляю.
Слова падали тяжело, как будто было трудно говорить. Голоса у нас были одинаково тусклые, как будто нас заставляли разговаривать.
Слава вдруг вскочил, я как-то заторможено наблюдала за ним — он подскочил ко мне, схватил сзади, обнял, а у меня из глаз покатились слезы.
- Я не могу без тебя, слышишь, не плачь, пожалуйста, я все решил, Кристина. Только скажи мне — ты сама согласишься быть со мной? Я тебя люблю, я долго думал, я понял, что ты мне нужна!
Я плакала, закрывая лицо руками, а он меня обнимал и гладил по спине, что-то еще говорил, а я думала только о том, что меня любят, что это горько из-за ситуации в которой мы оказались, но я тоже его люблю!
- Слава, я тебя люблю. А дальше — посмотрим, как все будет, я больше не хочу ни о чем думать.
- Ну вот и давай я сам буду дальше думать, хорошо?
- Хорошо.
Ксюша застала нас дома уже в сумерках, я провожала Славу, они столкнулись в подъезде. Я была и счастлива, и несчастлива одновременно, странное состояние — хорошо хоть, что счастья было все-таки больше. Ночью во сне я видела широкую каменную лестницу, уходящую под воду, а линию продолжения лестницы рисовала огромная луна, разлившая море света на каменные ступени и подернутую рябью мелких волн воду.