Есть что-то печальное в том, как множество виртуозных композиторов запихивается в выражение «помимо мастеров», не получая даже упоминания.
Сам я не большой поклонник Моцарта. Не поймите меня неправильно, почитайте этого парня, виртуозно владеющего балансом и всё такое. Я просто не желаю слушать его слишком часто. Однако Йозефа Гайдна я могу слушать большую часть времени.
Гайдн — один из величайших и наиболее важных композиторов всех времён. Было время, когда его репутация у широкой публики была такой, что вместо избитого в наши дни «Бах, Моцарт, Бетховен» прозвучало бы «Гайдн, Моцарт, Бетховен». Но сейчас, хотя его репутация среди любителей классической музыки прочна, широкая публика о нём почти не знает.
Почему? Я думаю, потому, что нет удобных культурных или биографических «крючков», на которые мы могли бы его повесить. У Баха есть ассоциация с математикой (во многом благодаря произведению Дугласа Хофштадтера «Гёдель, Эшер, Бах»), парик, репутация сложного и интересного музыканта, история с выхватыванием ножа на фаготиста и тому подобное. Что касается Моцарта, то здесь присутствует прискорбное влияние фильма «Амадей», заставляющее поколения молодежи пребывать в заблуждении, что кто-то замыслил его смерть. У Бетховена есть аура героя, которая окружала его и при жизни.
А что с Гайдном? Ничего конкретного. Никаких городских мифов, никаких легенд, никаких недавно опубликованных бестселлеров, никаких известных цитат. И всё же его музыка кодифицировала струнный квартет и симфонию и остаётся неизменно свежей, удивительной и оригинальной. У Гайдна, похоже, не было периодов, когда он не мог хорошо сочинять, и он дожил до 77 лет, написав свое последнее великое произведение, «Harmoniemesse», в возрасте 70 лет. Людям, которые задают вопросы о том, почему музыканты с возрастом выдыхаются или деградируют, нужно изучить историю классической музыки, а затем просто замолчать.
Я никогда не слушал Гайдна, не получив удовольствия. Он был тем парнем, который создал или определил большую часть языка музыки классической эпохи, и его музыка доставляет удовольствие тому, кто открывает для себя новый мир. Он заслуживает того, чтобы его слушали гораздо больше, чем это фактически есть.
Предложения для прослушивания: Симфонии № 6, № 44, № 45, № 100, № 105; струнные квартеты соч. 20 и соч. 76; оратория «Сотворение мира».
Видео: «Vera Quartet: HAYDN — Quartet in G major, Op. 76, No. 1».
Ещё один композитор — Уильям Берд, который никогда не получает достаточной любви современных слушателей. Берд (ок. 1540 - 1623) — ещё один композитор-долгожитель, особенно для 16-17 веков. Он был первым великим разносторонним композитором, первым, кто одинаково хорошо писал для инструментов (соло на клавишных и музыка для небольших струнных ансамблей) и вокала.
Берд был католиком, который родился, когда Генрих VIII был ещё более или менее жив, и умер менее чем за два года до того, как Карл I стал королём. Таким образом, его карьера охватывала весь елизаветинский период: он начал сочинять, когда королевой была Мария Тюдор, и продолжал почти до конца правления Джеймса I. Будучи католиком, он предпочитал латинскую литургию, и большая часть его музыки — латинская церковная музыка. Поскольку его должность джентльмена Королевской капеллы означала, что ему приходилось писать музыку для придворных целей, он также сочинил множество англиканской церковной музыки на английском языке, а также светских песен. Три мессы Берда для трёх, четырёх и пяти голосов соответственно были написаны и продавались отдельно в виде небольших сборников, чтобы их можно было незаметно носить с собой и исполнять небольшими группами в частном порядке, вдали от религиозных преследований англиканских властей. Я не религиозен, но думаю, что в этом есть что-то довольно «крутое»...
Берд — великий, тонкий композитор. Такие произведения, как мессы, мотеты, такие как «Irascaris» и «Ave verum corpus», а также клавишные, такие как «The Earl of Salisbury», должны быть частью аудиотеки каждого любителя классической музыки. Там можно открыть для себя много интересной музыки.
Видео: «William Byrd: Pavan "The Earl of Salisbury" - Organ».
Я мог бы продолжать о Дебюсси, Веберне, Вейле и Бриттене, но это было бы слишком длинно...
По материалам публикации Alex Johnston (англ.), который представился как «писатель, редактор, отец, ирландец, музыкант и иммигрант».