Есть мнение, что Гитлер считал англичан братьями, с Британией воевать не хотел, когда же пришлось, не расставался с надеждами на примирение. Данное мнение традиционно служит основой для конспирологических теорий, согласно которым англичане были «выпущены» из Дюнкерка в знак доброй воли, а 10 мая 1941 года, – незадолго до нападения на СССР, – на Британские острова по поручению фюрера для переговоров о мире отправился Рудольф Гесс. Но что-то пошло не так.
...Ну… В германо-британских отношениях следует отделять мух от котлет. Нацисты, заимствовавшие теорию расового превосходства у англичан, не находили в британцах никаких расовых изъянов, считая их такими же «индо-германцами». Однако, всё что следует знать о братстве на почве родства говорят русско-польские отношения. «Gott strafe England» немцы и до Первой Мировой использовали вместо «Guten Tag», а уж после того, как англичане победили и унизили Германию, ненависть стала лютой и окончательной. Хотя и не имеющей отношения к делу. Союзы или вражда держав определяются лишь совпадением или столкновением геополитических интересов.
Из того же, что «лондонские переговоры» провалились, и Великобритания в сентябре 1939 года объявила войну Германии, следует, что примирения интересов и амбиций сторон добиться не удалось… И как в эту картину вписывается полёт Гесса?
Подробности событий должны быть общеизвестны. Вопрос, собственно, один: действовал ли виднейший нацист, член ближайшего окружения фюрера, по поручению Гитлера, или нет. Официальная история говорит, нет. Гитлер, объявивший Гесса сумасшедшим и таким образом пошедший на большие репутационные издержки (соавтор «Майн Кампф», всё-таки), тоже говорил, – нет. Но ни истории, ни Гитлеру на слово верить давно уже не модно.
Давайте рассуждать логически. Официальная версия, говорящая о намерениях добиться соглашения с англичанами через личные контакты с вхожим в высокие двери лордом Гамильтоном, представляет Гесса человеком весьма наивным. Но такая характеристика вполне гармонирует с качествами данной личности, насколько они известны. Гесс не был ни умён, ни образован, – не имел опыта в дипломатии. Зато, увлекался оккультизмом и астрологией. Среди прочего, в Рейхе он курировал и альтернативную медицину, после его бегства немедленно и с удовольствием (фюрер шарлатанов не любил) разгромленную. В то что Гесс совершил глупость, поверить нетрудно.
В то что Гитлер отправил в Англию, – фактически, в плен, – лицо, наверняка располагавшее секретной информацией, – поверить сложнее. Зачем бы ему? Если б он собирался предложить англичанам условия мира лучшие, чем те, которые они уже отвергли (Британия возвращает немецкие колонии и уходит из континентальной Европы), ему не нужно было бы выбрасывать посланца с парашютом над Шотландией. Существуют менее экстравагантные способы ведения переговоров между воюющими странами.
...А, кстати, хотел ли Гитлер в 1941 году мира с Британской Империей? Наверняка хотел. Но мира после выполнения своих требований. Поступаться чем-то он не собирался. С какой бы стати, учитывая, что Германия побеждала, тесня англичан на Средиземном море, стягивая кольцо морской блокады и засыпая острова бомбами? Антисоветский союз с Британией, о котором мечтал Гесс, Гитлеру был совершенно не нужен… Ну, это очевидно. Если б Гитлер допускал мысль, что ему понадобится помощь против СССР, он не напал бы на СССР таковой помощи не имея. Но выйти к началу зимы на линию Архенгельск-Астрахань немцы рассчитывали собственными силами.
Нелогичным выглядит даже предположение, что Гесс знал какие-то страшные тайны. Разве что, об альтернативной медицине. Ибо где эти тайны сейчас? Кому они могут повредить, и, следовательно, кому есть смысл их скрывать? Все немецкие тайны, которые Гесс привёз с собой в Англию, – надо полагать, их было немало, недаром Гитлер побледнел, – англичане с удовольствием использовали ещё в 1941-м. Например, сообщив СССР день и час немецкого нападения. Сталин не поверил, но это уже отдельный вопрос.
Если же Гесс знал что-то ужасное об англичанах… то и Гитлер это тем более знал. А значит, наверняка использовал. Очень трудно представить себе способную навредить Британии тайну, которую фюрер предпочёл бы унести с собой в могилу. Как минимум, к началу 1945 ему уже нечего было терять.