В прокат выходит фильм Греты Гервиг «Барби». Одна из самых ожидаемых премьер года – и, кажется, самая громкая, если посчитать количество розового, пролившегося на нас через разные маркетинговых коллаборации трендов. От Crocs до Maserati, от NYX до Zara, ощущение, что сосчитать их просто уже невозможно.
По работе у меня этого розового было тоже выше всякой крыши, я просто захлебывалась уже розовым, но этот текст (немного жанра «не читал, но осуждаю») не о работе. А о том, как на самом деле вся эта мировая история сыграла, на мой взгляд, против многих прекрасных вещей, которые в том числе продвигала компания Mattel.
Например, культ розового. И розового для девочек (а голубого для мальчиков). Конечно, Кен-Гослинг носит розовое, но фокус в другом. Тот самый маркетинг выкатывает такое количество именно розовой одежды и аксессуаров для девочек, что снова возвращает этому цвету его сакральную каноническую половую принадлежность. Я уже успела оценить ажиотаж среди маленьких девочек по поводу новых Crocs и толстовок Gap, не говоря уже о розовых аксессуарах в Zara, купите мне все эти свечки. Мы так долго пытались уйти от банальщины розовых спален, спасибо, добро пожаловать обратно. И все это под лозунгом, что мы поддерживаем устойчивое развитие. Устойчивое развитие – это сопротивление мамы девочки истерии розового окружения. Розовые заколки, которые будут потеряны через минуту, розовая бутылка для воды в коллекцию к другим, розовые блестки, которые потом потекут в тот самый мировой океан.
Например, культ каблука. Да, сам фильм предлагает Барби выбор между каблуков и биркенштоками. Она будет менять свое отношение к обуви, но на прилавках-то доминируют в итоге розовые туфли на высоченном каблуке с сердечками. Могло бы сойти за самоиронию, но нет, не получается, для самоиронии слишком много.
Например, сама история Mattel и образа идеальной женщины. Компания десятилетиями пыталась уйти от токсичного образа идеальной женщины с формами, которые ни одна нормальная женщина почти никогда не получит. Помните первых Барби, которые продавались в комплекте с весами и диетами. Да, здесь в мире Барби много разных девушек. Но только один образ остается в памяти – идеальная Марго Робби как символ красоты. Идеальная блондинка с идеальной фигурой. Кожа всех ее подружек так зачищена командой косметологов (да, они сопровождали производство, чтобы создавать максимально кукольный образ), что девочке 12 лет принять свои прыщи будет сложновато.
Вперед, девочки. Ваши животы толсты, ваши ноги плоховаты и кривоваты. Зато как хорошо продадутся тонны консилера в розовом флаконе.
Стоило столько лет создавать такие разные коллекции кукол, включая инклюзивных кукол, чтобы в итоге оказаться ровно в той же точке, когда появляется идеальный канонизированный образ, который максимально приближен к первичным моделям.
Образ для всех девочек. Марго Робби всегда в розовом. С собачками, на промо, вокруг декорации райского мира Барби, да, по сюжету, она потеряет этот рай, но общая картина вокруг останется именно той, которую строит маркетинг и реклама.
ЛиСправедливости ради скажу, что консервативное крыло уже критиковало фильм за чрезмерную girl power, все мужчины там плохие, очередное кино, чтобы нас унизить. Но я сейчас, еще раз подчеркну, не про кино, а только про создаваемые вокруг него маркетинговые образы, само кино я очень жду и обязательно буду смотреть.
А если вернуться к маркетингу, то можно посмотреть и в статистику. Барби и машинки Hol Wheels всегда были драйверами Mattel. Что сейчас? По данным, которые были доступны в апреле, мировые валовые счета за Барби, которая представляет собой суммы, выставленные клиентам, упали на 41%, в то время как счета Hot Wheels выросли всего на 1%, главная американская тройка розницы (Амазон, Таргет и Волмарт) сократили заказы на многие позиции, а стоимость производства продолжала расти (отчасти это было и причиной сокращения закупки). Еще раньше Mattel заявляла об ожидаемом снижении прибыли в связи с инфляцией. Ну что, фильм в помощь, посмотрим, очень своевременно.
PS Фильм я посмотрела, он, разумеется, об обратном.