Обратно ехали в напряжённом молчании. Что-то сломалось между ними, исчезла волшебная атмосфера доверия и приязни. Василиса даже села назад и упрямо уставилась в окно, избегая смотреть на помрачневшего водителя и гадая — почему Иван так резко превратился в вежливую до противности дубину. Хотелось пнуть, накричать, как-то вывести его из этого замороженного состояния, но Иван ни на что не реагировал, давая односложные и почти бесполезные реплики на любой вопрос.
Это задевало больше, чем полагалось волноваться из-за телохранителя, ну а как иначе, если у неё в столице пока нет других друзей? И тот вон какой, чёртов предатель! Обещал всё-всё рассказать — ладно, обещал хоть что-нибудь рассказать, а сам сидит сычом и крутит баранку.
Василиса готова была биться об заклад, что причина отчуждения кроется в компании молодых людей, встреченных на подземной парковке. Спортивные, одинаково черноволосые и черноглазые, они бойко и очень подвижно разговаривали на одном из кавказских языков — отлично знакомом, ведь ей полагалось распознавать любую речь, с которой может столкнуться хозяин — и перетекали поперёк очереди выезжающих машин нагло и в тоже время удивительно синхронно, как стайка юных хищников на границе леса, полного соблазнительной и вполне беззащитной живности.
Василиса рефлекторно прислушалась, ловя шанс попрактиковаться в естественной языковой среде: «Сам посмотри… это он… тот самый — дальше шло слово, которое она бы перевела как «охотник за мёртвыми черепами» — Иван… волчица разгуливает без поводка… волчица, волчица… Иван… хозяин не знает…»
Женщина для хозяина (начало, назад)
Она обомлела и вопросительно оглянулась на несущего сумки Ивана, но тот прошествовал дальше с каменным лицом. Василисе показалось, что он крайне недоволен внезапной встречей, а стайка, напротив, будто бы обрадовалась и затаилась с торжеством.
— Они знают про волчиц? Они меня раскусили? Или просто опознали по фото? — Василису прорвало, когда они дошли до лифта вниз.
Иван лишь отрицательно мотнул подбородком, намекая, что не сейчас.
Но и у машины он молча закинул пакеты в багажник, демонстративно распахнул заднюю пассажирскую дверь и дождался, когда девушка займёт положенное место. Она предприняла ещё одну попытку:
— Это враги хозяина?
— И да и нет.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Мне стоит беспокоиться?
— Нет.
— Стоит рассказать ему об этом?
— Решай сама.
И всё! Василиса гневалась, переживала и снова сердилась, но Иван был непоколебим в своей холодности. Лишь перед особняком он прервал затянувшуюся паузу и сказал:
— Не стоило туда ездить.
Она не ответила.
К её возвращению хозяйские покои кто-то тщательно убрал, не оставив ни пылинки, ни отпечатков пальцев на блестящих поверхностях, а в примыкающей к спальне гардеробной освободилась ровно половина шкафов. Безбрежная куча покупок превратилась в ничто по сравнению с назначенным ей объёмом, но утренняя горничная, мгновенно прикатившая обед на одну персону, бросилась отпаривать и развешивать новенькую одежду.
Василиса отправила было её восвояси, но та сделала такое перепуганное и шокированное лицо, что Василиса позволила ей шнырять туда-сюда.
Хозяин был прав — книга защиты от Древних пока не подбросила ей свежих фактов или полезных идей, но за неимением лучшего Василиса старательно штудировала станицу за страницей, неожиданно для себя наслаждаясь чуть плесневелым монастырским запахом манускрипта. Вот уж не думала, что буду скучать по матушке Анне — с легкой горечью отметила девушка, разрываясь от неизвестности и тревоги.
Через приблизительно бесконечность хозяин до неё снизошёл. Он ворвался в кабинет и остановился напротив уютно устроившейся на диване Василисы, раздражённый и тяжело дышащий.
— Что? — испугалась она. И встала.
— Сегодня идём на мероприятие, — выдохнул тот, но по тону не разобрать, наказание это или поощрение, — наряжайся. Ты же купила всё, что нужно?
— Конечно, — пробормотала девушка, — хочешь выбрать что-то конкретное?
— Мне плевать, что ты напялишь, — хозяин двинулся к спальне, но остановился через два шага, — но постарайся быть убедительной, поняла?
— Они не поймут подвоха, — промурлыкала Василиса.
Всё-таки он от неё тоже зависит! А уж она постарается.