Да, они выделялись в толпе, но нынче никто не смотрит по сторонам. Только рыжая продавщица разглядела в Василисе опасность, но уже через четверть часа, которые она провела в подсобке, сморкаясь и трясясь от выброса адреналина, и то ей удалось с горем пополам убедить себя, что в примерочной всё почудилось и надо провериться у врача. Но и возвращаться в торговый зал рыжая не спешила — сперва удостоверилась, что странные клиенты ушли, оставив чек с огромными комиссионными её более удачливой напарнице.
Та с ликованием заглянула в подсобку и снисходительно, даже торжествующе спросила, почему рыжая опростоволосилась и убежала от верных покупателей с перекошенной физиономией. Рыжая буркнула что-то про больной живот и твёрдо пообещала себе сходить-таки к специалисту, нельзя же жить, когда среди белого дня мерещатся чудовища.
А Василиса медленно, но верно привыкала к людям. Через несколько часов багажник был забит под завязку — хозяин выставил только одно условие, чтобы барахла было достаточно и чтобы ни одна вещь не напоминала мешок и вообще любые монастырские тряпки. И ещё она теперь могла подолгу находиться в толпе, не пугая особо чувствительные натуры. Чем не чудо? Да почти что свершившаяся мечта о недосягаемой раньше свободе!
В джинсах, топике и небрежно накинутом кардигане, по мягкости напоминающем пух суточных цыплят, Василиса радостно любовалась своим отражением в витринах, пока не уловила разницу. Прекрасные феи, порхающие с этажа на этаж и привлекающие окружающих мужчин, все как одна наносили краску на волосы, лицо и ногти. Может быть, хозяину не хватает именно этого? А она слишком простовата и натуральна? Да, её ресницы густы от природы, а губы цвета спелой черешни, но нельзя же пренебрегать традиционным женским оружием, раз оно столь востребовано у этих феечек!
Василиса задумчиво остановилась возле очередного салона, где над девицами азартно трудились такие же раскрашенные красотки, и робко спросила:
— Ваня, как думаешь, мне стоит зайти и сюда? Хозяин наверняка оценит старания, как считаешь?
Женщина для хозяина (начало, назад)
Иван хмыкнул и наклонился чуть ближе, чтобы шепнуть издевательское:
— Не советую. Тебя украшать — только портить. Пойдём отсюда.
Василиса фыркнула и из вредности толкнула массивное стекло двери, чтобы широко улыбнуться девушке за стойкой.
— Что бы вы хотели? — с воодушевлением прощебетала та, по достоинству оценив открывшиеся горизонты. Неухоженная молодая девушка с деньгами — да за такое передерутся все точки в торговом центре. И ничего не ёкнуло, веля в панике убегать прочь.
Василиса остановила взгляд на длинных ногтях девушки и мило спросила, показывая на маникюр пальцем:
— Я хочу нечто похожее. Можно? И лицо тоже. И волосы, возможно…
Девушка улыбнулась ещё лучезарнее и провела клиентку к свободному столику, одновременно очень ловко предложив Ивану подождать с журналами на диване. Тот выглядел обеспокоенным и делал знаки уйти, но потом вдруг плюнул и с затаённой усмешкой уселся у входа.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Маникюрша похвалила шикарную чёрную гриву Василисы, но на руки посмотрела с трагической миной и уверенно схватилась за пилочку. Через тридцать секунд она раздосадованно заморгала, а ещё через полминуты уставилась на новую клиентку с настоящим ужасом. Чуть заострённые ногти упрямо сохраняли форму и длину, как она ни старалась. Василиса удивлённо подняла бровь и очень тихо уточнила:
— В чём дело? Разве так не должно быть? — за всю Василисину жизнь в цепях ногти у неё не только не ломались, но и не отрастали, естественно меняясь… лишь в определённых ситуациях.
— Н-нет… — выдохнула маникюрша и на всяких случай перекрестилась, а Иван встал, деловито подхватил Василису и вывел наружу, вежливо бросив, что они, дескать, передумали.
— Что со мной не так? — зашипела Василиса.
— Смешно, — ухмыльнулся мужчина, — ты же сама знаешь ответ.
— То есть я не могу даже украсить себя, как нормальная женщина? — почему-то именно эта потеря показалась сейчас невосполнимой.
— Тебе оно и не нужно, — честно ответил Иван, — ты уже красивая.
— Спасибо, — она озабоченно нахмурилась, — но тогда скажи вот что, почему та рыжая испугалась безо всяких отрастающих ногтей? И подставила шею! Я уж подумала, что не удержусь и накинусь…
— Полагаю, в её генах были волчицы, — он невозмутимо шагал к лифту, — и она не так слепа, как остальные.
— А ты? У тебя тоже? Поэтому ты меня не боишься?
Иван скупо кивнул, не сбавляя шаг..
— Да. Поэтому.