Потянуло холодом от реки. Бог несёт за пазухой облака. В облаках — веселые дураки пустоте наглаживают бока. Есть иголка, нитка — возьми и вдень. Залатай прореху. Могу помочь. Скоро снова станет короче день. Скоро снова будет длиннее ночь. В темноте алхимики тишины изучают мутные витражи. Если мы кому-то ещё нужны, пусть подарит сны да научит жить. Ты давай, крутись, колесо времён, золотая репка, вельможный пан.
И приходит к ведьме дурак Семён, и приходит к ведьме дурак Степан. Говорят: старуха, не обессудь, накорми ты нас, напои ты нас. Мы искали мира — постигли суть. Мы ломились в двери, а там стена. Мы в другие двери — на них засов. Не предложат, значит, вино и снедь.
А когда пробьет двадцать пять часов, поумнеем. Надо бы поумнеть.
Ведьма смотрит пристально, из-под век: я вам тут не Гудвин — давать ума. Впрочем, тоже сказочный человек. Ничего не делаю задарма. Дорожу традицией, чту закон, в сундуке храню лягушачью слизь. Там в избушке батюшка лепрекон, у него и золота завались, и богатства разного до черта́. Я сейчас вам, мальчики, разжую: у ирландца только одна мечта: раздобыть русалочью чешую. То есть надо к озеру Мышь-камыш. Там по лету жарко, почти Ташкент. Иногда сам гуру небесных крыш к водяному шастает на уикенд: порыбачить вволю, сплести венок.
Вы ступайте, милые, мне нельзя. А взамен русалочке — пару ног. Да почем я знаю, откуда взять. Впрочем, вру, бабуля умеет, да. Прихватило, верно, меня тоской. По опушке носится ерунда: многоног обычный, неколдовской. Две недели спит, две недели ест, две недели смотрит на карту звёзд. Он вообще как ящерка, вот-те крест, разве что отбрасывает не хвост. Ерунде бы обуви на века с бубенцами, пряжками, бахромой
Дурошлепы думают: на фига нам такие квесты, пошли домой.
И уходит молча дурак Степан, и уходит, скалясь, дурак Семён. По дороге кваса литровый жбан, обхитрить лису, распугать ОМОН. То ли это счастье звенит в груди, то ли это лето звенит ручьем.
Не зашил ты облако, вот гляди, как на землю сыплется дурачьё наивысшей доблести. Краевед, торопясь, записывает в блокнот: двадцать пять кукушек летят в рассвет и кукуют весело мимо нот.