Волнуюсь так, что дышать трудно. Тесть молча протянул какую-то белую таблетку. Закинул ее под язык. Сидим, ждем сообщения. Этот крик я узнаю из тысячи. Соскочил и ринулся туда, где кричит от боли моя женщина. Не соображаю совсем. Уже и ручку дверную на себя потянул.
— Отставить! — отталкивает меня в угол Михаил, став амбразурой перед дверью. Врезаюсь, не чувствуя нифига. Одна мысль кипит в мозгу — ей плохо, я должен что-то сделать. Еще один крик режет меня без ножа.
— Пусти, Лебедев! Там моя же-на! — ору на тестя, сжав кулаки. Если нужно будет с ним драться, то я не посмотрю…
— И моя дочь! Угомонись. Дай ей родить нормально. Все будет хорошо, с ней лучшие врачи, Клим, — сбавил тон. Глаза цвета стали смотрели на меня с пониманием и отеческой заботой.
Наш спор прерывает писк ребенка. Мы оба принимаем стойку, головы свернув туда, откуда чудесным образом льются самые прекрасные на свете звуки. Мой ребенок! — контрольным в голову.
По лицу Михаила Лебедева текут слезы. Железный мужик плачет, обнимая одной рукой свою жену. Людмила просто влетела в него и зарыдала, уткнувшись в плечо. Мне будто по башке дали чем-то увесистым. Шатаясь, иду на плачь моего ребенка, как на свет маяка. Открываю дверь беспрепятственно.
— Стася? Как ты, моя девочка? — голос свой не узнаю. Выдыхаю, когда зеленые сверкающие глаза посылают мне сигналы счастья. Перевожу взгляд на пеленальный столик, где ко мне спиной загораживают обзор два врача. Там кто-то пыхтит и кряхтит. Шаг. Другой.
— Поздравляю, папочка. У вас крепкий сынок. Вес… — дальше не слышу, смотрю на маленький сверток, который мне протягивают с маленьким красным личиком. Страшно взять на руки такое маленькое создание. Но мне просто вкладывают в руки и отходят, чтобы померить давление у жены.
— Здравствуй, сын, — шепчу едва слышно. Ответом мне улыбка — самое прекрасное, что я видел в этой жизни. Пацан с ходу забрал мое сердце раз и навсегда.
Подхожу к Стасе, которая не отводит от нас взгляда. У нее получается смотреть на меня и сынишку, как на что-то неделимое, одно целое.
— Спасибо, любимая! Как мы его назовем? — тепло моего мальчонки передается мне. Мой маленький лучик — подарок от любимого солнышка, сладкой карамели.
— Может, Егор? — Стася облизывает сухие губы и вглядывается в спящего сына. — Дай мне его, — тянет руки.
— Егор Климович Касимов, — пробую на вкус и слух. — Мне нравится.
Роман Со вкусом карамели Автор: Ольга Рог