Когда кто-то из родных воцерковляется, остальных делает мучениками.
Если каждый из нас вспомнит, как он впервые держал свой пост, да и вообще как входил в мир православия, то общее будет одно радость, которая казалось уж не будет никогда, внешнее атрибутика и строжайший пост.
Прямо с головой в веру. Сейчас многим стыдно или смешно даже вспоминать, как они могли быть такими.
Но слов из песни не выкинешь, и когда Константин крестился, он начал свою новую жизнь в Великий пост и решил, что и дела милосердия у него будут великими.
И вот приехал он на дачу, а там пожилая пара пожаловались, что крыша у них течет и печь засорилась, он тогда и взялся старикам помогать, да и было чем. И золотыми руками, и деньгами, которые водились.
Причем бесплатно, вот только стыдно ему не за это. Вечером накануне отъезда, решили старички отблагодарить своего благодетеля, за коньком поехали в город. Курочку пожарили, даже порося зарезали, а как Олег пришел, кда как скоромный стол увидел, да как закричит: "Да вы что? Какой поросёнок, какой коньяк? Пост Великий на дворе. Что ж вы меня на грех толкаете, самим помирать скоро, а они все о еде думают".
Стыдно теперь ему, каких людей обидел, и попросить бы прощения, да не у кого, померли все давно.
А он-то думал подвижник. Сейчас и остаётся что только плакать.
"А я свой пост первый тоже никогда не забуду - вспоминает Ольга. Постилась я зверски! Поначалу вообще решила голодать, чем привела в неописуемый ужас мою совершенно неверующую маму.
Мало того я превратилась почти как в бездомную, только почище. Юбка в пол, платок намертво повязан вокруг шеи, четки в метр... Все как положено. Как у Великих аскетов. И пост "чистой воды агиасма".
Вот такая бывшая богема была в новом образе.
Так мало того, что себя изменила, так и родных пыталась.
Мама пока ела курочку в пост, поперхнулась не раз, когда я о бесах говорила, что вместе с ножкой и бесов сейчас она съела, что будут грызть ее теперь изнутри.
Потом я за телевизор, взялась, молитвы громко в голос читала, да еще и родных заставляла со мной.
Мои родные чуть на меня у виска крутили, а мне даже это нравилась. Я даже чувствовала себя мученицей, жуя свою траву, за Христа.
А молитвослов вообще затерла, читала его, где только могла.
Да и вообще что понимают эти закоренелые атеисты? Разве поймут они подвиги настоящие?
Но я, если честно, скучаю по тому времени".
Очень! Как бы по-дурацки все это ни выглядело, душа горела так, как не будет гореть больше никогда. И хотя смысл христианства не был еще понят, он был обретен! И внутренняя пустота, которая меня мучила все предыдущие годы, медленно, но начала заполняться чем-то новым и очень важным. Самым важным в жизни!
Ну и на последок историю про верующую старушку, ну знаете такую настоящую, с ног о головы в платках, ладанках, иконах ,четках, которая всех любила поучать, по знакомым ходить да напоминать, кто как не она. Не батюшка же с 8 детьми, которым видно не до поста.
В немилость бабушки впала молодая девушка Валерия. В шубке, в съёмной морковкой квартире, которую ей родители оплачивали. Вообщем взглядом ее каждый раз просверливала. Православие и шуба: где между ними равно?
Да и вообще красится, слишком красива? Разве такое возможно среди православных.
Православные же нищими должны быть, сирыми да убогими. И в лохмотьях! А лучше – одноглазыми и однорукими! Ну как Христос заповедал – глаз вырвать, а руку отсечь. И вовек ничем больше не соблазняться.
А тут как пост, вот решила она зайти в гости. а там аромат куриного бульона, в постный-то день.
Старушка аж руками замахала:
– Свят! Свят!
И ушла победоносно. Как будто один только запах её успел осквернить. Так и думала старушка, что девушка мало то совсем верующая. Еще и батюшке посмела на следующий день на нее пожаловалаться:
"Любимица-то ваша, которая в шубке, мясо бесовское в пост ест, нисколько не стесняется… Грешница, а вы и не знаете…"
Тот удивился, при встрече с девушкой поговорил. А потом Антонину к себе потребовал:
До конца поста благословляю вас, бабушка, покаянный канон читать! И не за другими следить, а за собой! И с Валерии пример брать! Она-то пост держит, старается.
Оказалось девушка отдала всю стипендию бабушке соседке, которую обокрали, но чтобы совсем с голоду не помирать и сварила, что было в холодильнике, хотя корила себя, что мол в пост.
"Постилась она, как мало кто делает, поймите вы, бабушка, – убеждал батюшка Антонину. Но та так ничего и не поняла.