У каждого покорителя морских глубин свой путь в мире романтики. У чёрных в золоте, лейтенантов ВМФ Борисова и Петрова лодки и судьбы оказались нанизаны на шампур по имени «Проект 667Б». Горбатый крейсер стратегического назначения ждал их. Борисова — на Краснознамённом Северном, Петрова — на далёком Тихоокеанском флоте. Таково предназначение морских офицеров.
Борюсику жребий определил ракетный подводный крейсер с тактическим номером «К-279», головной в серии, проекта 667Б, заказ №310. Но молодой амбициозный лейтенант даже не подозревал, какой славой и легендами была овеяна его лодка. Лучшая на Северном флоте.
Это случилось пятнадцатью годами ранее появления на борту крейсера свежеиспечённого лейтенанта Борисова. Подводный красавец вышел со стапелей «Севмаша», прошёл ходовые испытания. В ходе приёмки его должен был посетить Главком ВМФ.
Новёхонькую лодку к этому событию драили и чистили, как арабского скакуна перед международной выставкой. Корабль сиял, как… не важно у кого, но ярко. Утром боцман решил самолично мазнуть кисточкой в боевой рубке, почувствовал себя Ван Гогом, сообразил композицию завершить.
На борт корабля пожаловала высокая комиссия. И Главком, спускаясь, рукавом шинели задел свежую краску, нанесённую шаловливыми ручками новоявленного постимпрессиониста. Адмирал флота сделал вид, что пятно не заметил. Ничего не сказал, спокойно снял шинель и положил на кресло краской кверху. Пошёл с командиром Фроловым далее осматривать лодку.
В центральном началась суета, матросы нашли растворитель и свежее пятно оттёрли. Шинель как новая, только запах выдаёт, что что-то с ней не так. Комиссия задерживалась на проверке, и в большей степени из-за того, что любовалась детищем Главкома, лично наблюдавшего за строительством и вложившего в ракетный крейсер свою душу. Он сыграл неоценимую роль в развитии атомного ракетного флота СССР.
Самый смелый из матросов решил примерить шинельку с большой звездой и мощным гербом нерушимого союза на погонах. Другой годуля метнулся за фотоаппаратом. Фотографируются по очереди на память. Настолько увлеклись, что не заметили, как в центральный вошёл мужчина в роговых очках. Картина называется «Приплыли». Матрос позирует в шинели адмирала флота, а хозяин погон, удивлённый, созерцает со стороны. Мхатовская пауза слишком затянулась, не имея шансов быть завершённой достойно, без потерь…
Главком приподнял руку, обозначая своё добро:
— Ну что же, молодцы, порадовали. Корабль в отличном состоянии. Фотографируйтесь, это вам лучший подарок для дембельского альбома!
Надеюсь, вы узнали Сергея Георгиевича Горшкова — Адмирала флота Советского Союза. Такой он был — широкой души человечище, непритязательный интеллигент, порой резкий к разгильдяям, уважаемый всеми подчинёнными до почитания. Не каждому удавалось Главкома ВМФ испачкать краской.
Все командиры разные, но, как ни крути, от них зависят судьбы вверенных им подопечных.
Первым командиром первого экипажа стал Фролов Виктор Павлович. Контр-адмирал, командир атомной подводной лодки «К-279» проекта 667Б «Мурена». За испытания лодки впервые в истории подводного флота командиру действующего корабля присвоено звание контр-адмирала и вручён орден Ленина в 1972 году. Один из немногих командиров подводных лодок, получивших адмиральское звание на должности командира корабля.
Жгучий брюнет, красавчик курса Борюсик не поменял статус юнца на мужчину, женившись на третьем курсе. Остался в душе смешливым мальчишкой. Время взрослеть для него настало лишь тогда, когда, получив предписание в 11-ю флотилию, приехал в Мурманск. Один, без жены. Для прохождения службы.
Единственно возможный маршрут пролегал через Мурманск в Гремиху на белом теплоходе. Путь в самые егеря Северного флота знаком, стажировку там проходил. На Морвокзале ещё утром познакомился с Сергеем, старшим лейтенантом. Оказались попутчиками. Купили билеты на один пароход. Времени — вагон. Большой чемодан был оставлен в камере хранения. Влез впритык, а там всего лишь форма, включая белую тужурку и чёрную плащ-накидку. В дальнейшем тужурке так и не нашлось применения, а вот плащ-накидка — очень полезная вещь на рыбалке в дождик.
Ума хватило Борису не брать с собой чемодан без ручки и ещё десяток мест багажа. Повезло — супруга ждала беспокойного первенца и жуткий токсикоз выворачивал её суть наружу.
Боря часто забывал вчерашний день, не зря курсантские друзья каждый год в День Советской Армии дарили ему записную книжку и карандаш. Начал сочинять код и записывать, чтобы не забыть при открытии ячейки.
Новый знакомый говорит:
— Не парься! Набирай шифр «К279».
— А вдруг забуду?
Сергей улыбнулся:
— Напомню. Я не забуду никогда, бьюсь об заклад, мои сослуживцы с «К-279» именно так поступают, чтобы помнить!
Лейтенант, особо не вникая, что сие означает, сделал, как было рекомендовано старшим по званию.
Отправление теплохода в 18.00. Решили вместе время скоротать: посмотрели фильм в кинотеатре (когда теперь доведётся), посетили пельменную под пиво.
Путешествие длинной 180 миль на белом пассажирском лайнере «Клавдия Еланская», всегда в удовольствие, если не штормит. В этот раз море оказалось спокойным.
К утру пришли в Гремиху. Борисов кинул чемодан у Сергея дома и побежал на флотилию доложиться. Начиналась его служба Родине.
Патриарх штурманской службы 11-й флотилии Кондратьев, худой долговязый капитан 1-го ранга с живым мальчишеским взглядом, встретил в штабе лейтенанта как родного:
— Привет! Борисов? Помню тебя со стажировки, как раз тебя ждал. Нам такие молодые офицеры нужны!
Борисов очень удивился: «Как так? Ваня-чудак, писатель первой аттестации, намалевал там чуть ли не уголовную статью».
Изучив документы, флагманский подвёл итог:
— Посмотрел аттестат, средний балл почти 5.0. Будешь служить в 41-й дивизии, на самом боевом корабле в экипаже Журавлёва.
— Есть! У Журавлёва! — повеселевший лейтенант умчался в казармы дивизии доложиться.
Радости Борюсика не было края, рассчитывал на ОВР (надводные корабли охраны водного района) — начальник курса, командир роты, обещал такую аттестацию написать, с которой прямой путь в дисциплинарный батальон. Поэтому пришёл на флотилию хмурый, в чудеса не верил. Спасибо флагману, не повёлся на каллиграфический лживый почерк Вани-чудака.
Немного о Ф-1 (флагманский штурман) 11-й флотилии. Вот человечище! Знал каждого штурмана лично, некоторых — с курсантских времён.
Сам давал курсантам задания:
— Курсанты, чтобы не дурели от безделья, вам заниматься корректурой карт. У штурмана забот выше крыши. Ваша помощь не помешает.
И на самом деле муторная корректура состояла в том, чтобы из Извещений мореплавателям судов (ИМС) переносить на карты изменения: где-то глубину моря гидрографы уточнили, где цвет маяка изменился или, поменялись рекомендованные маршруты и курсы следования.
Валерий Алексеевич Кондратьев был исключительным интеллигентом. Никогда голос не повышал, общался доброжелательно, почти на равных даже с курсантами. Крепкие слова не употреблял, вразрез стереотипам о матерщине на флоте. Вы удивитесь, но именно такое мнение сформировалось о капитане 1-го ранга у лейтенанта в первый день на флоте.
Кондратьев Валерий Алексеевич, контр-адмирал. Окончил Каспийское ВВМУ им. С. М. Кирова в 1972 году, служил командиром ЭНГ БЧ-1, командиром БЧ-1 АПЛ СФ, флагманский штурман 11 флотилии АПЛ. С 1989 года — зам. главного штурмана, с июля 1995 года — главный штурман Северного флота. Участник многих дальних походов и государственных испытаний тяжёлого атомного крейсера «Пётр Великий».
Отправившись в казарму, Борисову пришлось обратиться к старшему помощнику, командира на месте не было:
— Товарищ капитан 2 ранга представляюсь по поводу назначения на должность инженера электронавигационной группы, лейтенант Борис Борисов!
Экипаж собирался из отпуска. Все слонялись из угла в угол, разброд и шатание, домино в курилке и частые построения, чтоб по домам не рассосались. Хуже нет, чем плавсоставу томиться в казарме, лучше на корабле Родину защищать.
Только что прибывший лейтенант в гримасах ходит по коридору. Спина прямая, подбородок дерзко задран.
Вдруг появляется блондин, вернее, только голова в приоткрытой двери:
— Товарищ лейтенант, здесь располагается экипаж Журавлёва?
Борисов с высоты своего роста важно отвечает:
— Да, лейтенант, чё хотел?
— Понятно, а вы, наверно, давно в экипаже служите?
— Давно.
— Как экипаж? Народец нормальный?
— Ясен пень и острый перец, ребята отличные, командир — уважаемый!
Голова блондина тут же скрылась за дверью. Что хотел? Борюсик так и не понял.
За три дня в курилке познакомился почти со всеми. Сложно было запомнить имена и отчества. Это традиция — на подводных лодках обращаться друг к другу не по воинскому званию, а по имени-отчеству. Около сорока офицеров и мичманов, поди запомни сходу. Жизнерадостный штурманёнок и сам по мановению флотского порядка превратился в Бориса Николаевича — статус, офицер подводного крейсера. На третий день игры в домино экипаж собрался в полном составе и сразу начал принимать корабль.
В тот момент лейтенант Борисов даже не подозревал, что попал на подводную лодку с историей. Головная крейсерская подводная лодка «К-279» проекта 667Б была вооружена комплексом ракетного оружия «Д-9» и являлась первым в мире атомным подводным ракетоносцем с межконтинентальными баллистическими ракетами, способными наносить мощные ракетные удары из подводного и надводного положений, залпом всего боекомплекта с высоким темпом стрельбы по одной или нескольким целям, в том числе каждой ракетой по отдельной цели.
Старшие офицеры безбожно шутили:
— Наконец командиру квартиру выделили.
Борисов не понял:
— Только сейчас? Командир служит не первый десяток лет. Интересно, когда же лейтенанту квартиру дадут?
Командир часто находился на ракетном подводном крейсере стратегического назначения, считай, там и был прописан, и действительно оказался без служебной квартиры. Затянулся его перевод в штаб Флота, а квартиру сдал в ОМИС.
Молодые офицеры селились где придётся, как говорится, «это ваши проблемы». Борисову с квартирным вопросом опять повезло, Сергей Первых, старший лейтенант, новый знакомый с Морвокзала, оказался его непосредственным начальником — штурманом корабля. Вот совпадение! Даже чемодан с формой таскать не пришлось.
Взял Борю под своё крыло и решил:
— Поживёшь первое время у меня, так спокойнее.
В однокомнатной квартире спали на раскладном полуторном диване «валетом». Кому сейчас расскажи, подумают всякое.
Началась корабельная жизнь. В море выходили часто, дома появлялись редко. Через месяц Борис Николаевич сам себе запретил сход на берег. Изучал устройство подводной лодки для получения допуска к дежурству по кораблю. Всё катилось своим военно-морским чередом.
Блондин оказался таким же свежеиспечённым лейтенантом, командиром турбинной группы (КТГ). Андрей Борисович, хитрый и пронырливый малый, перед назначением ходил по экипажам и всем задавал один вопрос: «Как служится?» Ответу Борисова он сходу поставил пятёрку, оттого оказался в экипаже «К-279». По факту проведения разведки уговорил НЭМСа (начальника электромеханической службы) соединения подводных лодок направить в экипаж Журавлёва.
Андрей потом смеялся:
— Как мог довериться лейтенанту-одногодке? Но у Борисова был такой важный вид, как у крейсера «Аврора» перед залпом по Зимнему дворцу!
Спасибо, что прочитали. Рассказ из книги "Море на двоих".
Благодарю за поддержку! Берегите себя и своих близких.
Не забывайте подписываться на канал. Если понравилось, поставьте палец вверх. Это помогает развитию канала, благодарен за щедрость! Всегда Ваш. Борис Седых:)
Больше записок подводника читайте здесь
------------------------------------------
Желающих приобрести мои книги, прошу по традиции обращаться к редактору Светлане +79214287880
Либо заказать "Книгу по требованию" на следующих ресурсах: