Предыдущая, вторая глава *** Начало, первая глава
Марьяну же поразило выражение лица мужчины, который прижимал к себе младенца. Он плакал открыто, не стесняясь. Она вгляделась и вскрикнула:
— Степан!
А потом бросилась к нежданному гостю и прижалась к нему так крепко, точно хотела слиться с ним. Теперь и она плакала тоже. О последующих минутах Марьяна мало что помнила. Приёмный покой наполнился медиками, вышел даже кое-кто из больных — о трагической судьбе мужа Марьяны тут знали почти все.
Кто-то вызвал такси, проводил Марьяну и её двух Степанов до машины. Молодая женщина даже не сразу смогла назвать водителю адрес. А потом, когда они уже приехали, всё никак не могла отыскать в сумочке ключ. Игнат куда-то исчез, и, надо признаться, о нём никто не вспоминал. Уходили и приходили люди – друзья, знакомые, соседи. Но мужу с женой было не до них. Они не могли оторваться друг от друга. И лишь плач Степана-маленького заставил Марьяну, в конце концов, вспомнить о своих обязанностях.
Поздно вечером, когда дома уже никого постороннего не было, и малыш спал в своей кроватке, Степан, наконец, смог рассказать о том, как всё произошло.
Когда на заводе случился взрыв, сразу стало ясно, что катастрофа масштабная. Поэтому на поисково-спасательные работы бросили всех – и своих спасателей, и приезжих, командировочных. Степан стал работать в паре с Игнатом, как и привык. Они искали тех, кто мог оказаться под развалинами столовой. Очистили вход в какой-то полуподвальный коридор, там были двери в помещения. Стали обходить их одно за другим. И вот когда они вошли в последнее, самое отдалённое, и убедились, что там никого нет, Игнат вышел первым, а Степан замешкался. И услышал, как в двери поворачивается ключ. Сначала он решил, что Игнат просто ошибся – в полутьме решил, что Степан уже вышел, и идёт где-то впереди по коридору. Он бросился к двери и принялся стучать:
— Открывай, я тут ещё!
Удары кулаками были отлично слышны в коридоре, в этом Степан уверен, но в ответ он услышал лишь удаляющиеся шаги. О том, что за этим последовало, ему рассказали гораздо позже.
Игнат действительно запер его целенаправленно. А когда выбрался на поверхность, сказал всем, что внизу случился обвал, второй спасатель погиб – его засыпало. Конечно, стали допытываться – так ли всё безнадёжно, совершенно ли нельзя туда добраться и попытаться вытащить хотя бы тело?
Тогда Игнат повёл всех в другое место – и стало ясно, что спастись человеку там невозможно, нельзя пробиться и спасателям. Поэтому Степана зачислили в погибшие, и в тот же вечер сообщили горькую весть его жене.
— Но зачем Игнат это сделал? Ведь он столько лет был твоим другом, — спросила потрясённая Марьяна.
— Он не солгал тебе, когда сказал, что давно влюблён в тебя. Представился удобный случай, и он решил занять моё место. Это был почти единственный вариант – убить меня без всяких для себя отрицательных последствий. Ты же видишь – его никто не стал подозревать. Наоборот, ему все сочувствовали – потерял друга, напарника, не смог спасти.
— Что же было дальше?
— Сначала я действительно думал, что меня скоро найдут, но этого не случилось. Никто не шёл по коридору, не искал меня. А время шло. Конечно, я стал испытывать и голод, и жажду. Тогда я был уверен, что погибну тут, в этой подвальной комнате. И если руины будут сносить тяжёлой техникой, то очень большая вероятность, что меня вообще никогда не найдут.
Но потом, когда я отодвинул от стены шкаф, то нашёл ещё одну дверь. Она была заперта, но сама по себе хлипкая, не составляло труда её выбить. За ней была лестница, ведущая вниз. Признаться, меня это очень разочаровало. Я надеялся выбраться, а спускаться вместо этого ещё глубже под землю… И всё же я пошёл. Глаза к тому времени уже адаптировались, и я различал предметы в темноте.
Внизу оказалось довольно просторное помещение – склад. И уж оттуда пути наверх не было, то есть путь действительно оказался завален. Зато на складе были запасы продуктов. Не забывай, это столовая. Там я нашёл и консервы, и растительное масло, и соки в пакетах, и крупы, макароны… Ирония судьбы. Одному человеку всего этого могло хватить на долгие месяцы, если не на годы. Но для меня это означало — смириться с тем, что придётся стать Робинзоном Крузо, и уж точно без Пятницы.
Так и получилось. Шло время, я кое-как устроил свой быт. В том самом шкафу были свалены старые тряпки, ветхая спецодежда. Из всего этого я устроил себе подобие постели.
Теперь я мог не беспокоиться о том, что умру от голода или жажды. Хорошо, что на складе хранились не скоропортящиеся продукты, а именно консервы. Ты можешь спросить меня, что было самым тяжёлым? Мысли. Я думал о тебе. О том, как ты встретишь известие о моей гибели, как будешь переживать. Волновался — не скажется ли это на твоем здоровье, ведь ты ждала малыша. Я прекрасно понимал, что некому будет тебе помочь, даже денег мы с тобой отложить не успели. А полноценно работать в таком состоянии ты вряд ли сможешь.
Ужасно — всё это осознавать и быть бессильным тебе помочь. Думал я и про Игната. Очень скоро я понял, что он оставил меня внизу — специально. Иначе он, когда поднялся бы наверх и не нашёл меня — тут же снова вернулся бы в этот самый подвал. Я думал о том – для чего он так поступил? Ненавидел меня – но за что? Я не перешёл ему дорожку, не занял его место, мы никогда не ссорились.
Не мог Игнат претендовать и на моё имущество. Невелико наше с тобой богатство, но ему в любом случае ничего бы не досталось – ведь он посторонний человек. И тогда я сообразил – ему нужна была ты. Стал вспоминать — какими глазами он на тебя смотрел, как много раз признавался, что завидует мне из-за того, что у меня такая жена. И вскоре я уже не сомневался – вернувшись из командировки, он отправился прямиком к тебе и изо всех сил будет стараться завоевать твою любовь. Я буквально сходил с ума от мысли, что ты ему поверишь. Рано или поздно выйдешь за него замуж, он будет воспитывать нашего ребёнка, и тот станет называть его папой.
— Этого никогда бы не было! — возмутилась Марьяна, — Расскажи лучше, как ты выбрался.
— Это произошло только через несколько месяцев. Столовую снесли, а потом стали вывозить весь этот строительный мусор. То, что осталось после взрыва. И вот тогда только люди добрались до этого места, и я оказался на свободе. Конечно, это было огромное потрясение – и для меня, и для тех, кто меня нашёл. Бьюсь об заклад, когда я выбрался на свет Божий, кто-то вспомнил романы Майн Рида и Даниеля Дефо. Я был к ним живой иллюстрацией. Обросший, грязный, хорошо, что рассудок не потерял.
Так меня ещё и не захотели отпускать. Тут же положили в больницу, стали лечить. Ну, по сравнению с тем подземельем, в котором меня «замуровали демоны», то есть Игнат… Сбежать из больницы не составляло труда. Вот только одежды, кроме больничной пижамы, а также денег у меня не было, а находился я, как ты помнишь, в другом городе. Твой телефон не отвечал.
— Да-да, я сменила номер. Устала слушать соболезнования, сил не было на них отвечать.
— Словом, надо было добираться домой самостоятельно. Я поменялся с каким-то бомжом – отдал ему мою пижаму, а он мне – своё тряпьё, оно всё-таки меньше привлекало внимание. Ну и после этого я пустился в путь. Где-то шёл пешком, где-то меня подвозили.
Когда добрался до нашего дома, обнаружил, что дверь в квартиру заперта. К счастью, соседка была в курсе дела – сказала, что ты уже родила, и скоро тебя выпишут. Правда, сначала она едва не начала креститься, увидев меня на пороге.
— Ну это понятно, ведь уже много месяцев все считали тебя покойником. Но что же Игнат?
— Давай хотя бы сегодня не будем говорить о нём. Главное, что произошло настоящее чудо, и мы теперь вместе.
Они не вспоминали предателя не только в этот вечер, но и в последующие. И только через несколько дней, когда Степан уже стал похож на себя прежнего, он сказал с усмешкой:
— Надо бы встретиться и побеседовать… с моим другом.
Дозвониться Игнату не удалось. Квартира его была заперта, на работе мужчина не появлялся. Как в воду канул. Много позже выяснилось, что он просто сбежал из города, бросив всё – жильё, трудовую книжку, прочие документы, кроме паспорта. Ему было не до того. Он отлично понимал, что, останься он тут – и его в любой момент могут арестовать, и он получит заслуженное наказание.
Степан и Марьяна больше не вспоминали об этом. Главное – теперь они были втроем: муж, жена и их сын. И это было обыкновенное счастье…
СПАСИБО ВСЕМ ОГРОМНОЕ ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ЛАЙКИ И ДОБРЫЕ КОММЕНТАРИИ! 🌼🌼🌼🌼🌼