Сентиментальность? Проявление чувств?
Нет, это не то, чем был славен император Священной Римской империи и король Испании Карл V.
Оставьте эти нежности лягушатникам! А мы, сдержанные испано-немецкие фюрсто-идальго, лишь сожмем кулаки и сильнее выдвинем вперед свою габсбургскую челюсть. Всем врагам и ветрам назло.
Таково (в понимании современников) было жизненное кредо Карла V.
И представьте, как шокированы бывали эти современники, когда нордический Карл рыдал в голос. Такого не то чтобы совсем не бывало, но увидеть публично рыдающего императора - это примерно как увидеть солнечное затмение.
Особенно всем запомнился эпизод, который случился незадолго до отречения Карла V от престола, в апреле 1555 г.
Император терзался от очередного приступа подагры, и к нему, прикованному в тот момент к постели, пришел попрощаться старый друг и боевой товарищ Ферранте Гонзага.
"Он встал на колени возле кровати и попытался поцеловать руку императора. Тот ответил, обхватив ладонью его шею, и начал говорить, давясь слезами. Он сказал, что тоже подумал о том, что им не суждено больше увидеться, и из-за возраста, и из-за хворей. Из-за них(хворей) он так устал от этого мира, и, показав свои руки, скрюченные от подагры, он сказал, что это худший момент его жизни.
Сам он считает, что дон Ферранте хорошо ему служил, и он может только похвалить его за верность, храбность, ум и хорошие советы... "
Трогательная сцена. Но гораздо более грустная и зловещая, чем кажется на первый взгляд.
Ферранте Гонзага приехал в Брюссель не только ради того, чтобы повидаться с коронованным другом. Итальянец искал защиты.
На протяжении десятилетий он был фаворитом старого императора, ему доверялось командование армией и ответственные посты, прощались самые дикие выходки, вроде децимаций испанских солдат, а теперь... Теперь все уже. (раньше надо было думать)
Дон Ферранте стал жертвой собственных амбиций, неблагоприятного стечения обстоятельств и пересменка на небосклоне.
За пару лет до указанных событий Ферранте втянул императора в весьма сомнительное дельце - убийство Пьера Луиджи Фарнезе, сына Папы Павла IV.
По совпадению покойный являлся и сватом самого императора.
Никто никогда не назвал бы распущенного папенка Пьера Луиджи достойным человеком, однако его устранение очень не понравилось зятю Карла - Оттавио Фарнезе. Да и сама дочь императора, Маргарита, не любившая свекра, все же предпочла бы, чтобы он помер от более естественных причин, чем кинжал в боку. Ну хотя бы отравленного вина выпил, что ли.
В общем, по итогам убиения старшего Фарнезе, в Италии началась локальная войнушка - между войсками императора под предводительством Ферранте Гонзага и родственниками императора, под предводительством его дочери и зятя. Что было весьма плохо.
Но хуже оказалось другое - Ферранте, вбухав в кампанию миллионы дукатов, не сумел ее выиграть. А это уже было совсем катастрофично.
Вдобавок, все это происходило в тот самый момент, когда сын императора, Филипп II Испанский, решил жениться на английской королеве Марии Тюдор. Чтобы напыщенный испанский принц не шел к алтарю бездомным примаком, папаня от своих императорских щедрот подарил Филиппу королевство Неаполь. А герцогом Милана от тех же щедрот принц стал еще раньше.
И тут-то внезапно оказалось, что старый император формально больше не имеет к Италии практически никакого отношения. Филипп там всему голова. А значит, старый главнокомандующий старого императора, дон Ферранте, вроде как тоже стал не нужен. Нужны были новые.
На Филиппа давил герцог Альба, желавший сам занять пост главнокомандующего в Италии. А дон Ферранте не успел завести в "молодом дворе" друзей... Более того, сам новоиспеченный король Неаполя намеревался устроить показательное выступление новой метлы, выметающей старый коррумпированный мусор, оставшийся от императора. Так что дон Ферранте первым полетел в корзину.
Карл V, горько рыдая, не стал скрывать от Гонзаги того, что вряд ли чем-то сможет ему помочь.
"Он, конечно, мог бы приказать своему сыну, но не хотел вмешиваться в ход его мыслей, так как ничего хорошего не получилось бы, если бы они оба имели противоположное мнение. Он очень извинялся за сына и винил во всем его министров. Положа руку на сердце, он поклялся, что накажет тех, кто обидел дона Ферранте... "
О чем плакал Карл - о разлуке с верным другом или об утрате молодости и власти, решайте сами.
В этой истории император симпатичен мне тем, что не стал сваливать на Гонзагу вину за поражение (хотя для правителей это обычное дело). Карл прекрасно помнил, что сам был виновен в случившемся не меньше, чем дон Ферранте и не хотел, пожертвовав другом, налаживать отношения с сыном.
Чем же кончилось дело?
Дон Ферранте получил возмещение понесенных им расходов и пенсию от императора. А вскоре, благодаря заступничеству Карла, и вовсе вернулся к Габсбургам на военную службу. В битве при Сен-Кантене (где силы короля Испании Филиппа II разгромили французскую армию) он был одним из командующих, и погиб от полученных ран. Таким образом дону Ферранте удалось закончить карьеру (и жизнь) победой, а не позором.
А император спустя несколько месяцев отрекся от престола. Это было и его собственным желанием и направлением, куда подталкивал его сын Филипп. Когда Акела промахивается, он должен уступить место более молодому хищнику.
Достаточно ли мощны оказались лапищи дона Филиппа - скоро узнаем.
Историю о Филиппе II я начала здесь