Третья Государственная Дума 27 июня 1910 года приняла Аграрное законодательство, перевернувшее Россию. Суть его состояла в том, что российский крестьянин становился полноценным собственником своей земли.
Не лозунговым, как в Советской России, а самым настоящим. Что и обеспечило бурное развитие сельского хозяйства крестьянской страны.
Представлял реформу премьер-министр России Пётр Столыпин. С Госдумой у него были, мягко говоря, неоднозначные отношения. Парламентарии пытались оттачивать на нём своё остроумие, но получали разящие ответные удары.
Многие отповеди Петра Аркадьевича стали крылатыми: «Им нужны великие потрясения — нам нужна Великая Россия!», «Не запугаете!», «Сначала успокоение, потом реформы» и другие.
Но и некоторые парламентские выражения тоже остались в истории. Один из основателей партии конституционных демократов Фёдор Родичев пустил в публичный оборот термин «столыпинские галстуки». Так он обозначил виселицы, которые были введены в качестве высшей меры наказания, для тех, кто в годы Первой революции 1905-1907 года задерживался с оружием в руках.
Прямое отношение к узаконению этой суровой, но вынужденной и необходимой мере, имел Пётр Столыпин, бывший министром внутренних дел. Были казнены 683 человека, страну удалось успокоить.
Хлёсткое определение не осталось без последствий. Министр прислал депутату вызов на дуэль. Однако она не состоялась. Родичев принёс публичные извинения. Столыпин их принял, но руки депутату больше не подавал.
Это был далеко не первый вызов, применяемый Петром Аркадьевичем в деле отстаивания своей чести. При этом стрелок он был никудышный. У него была повреждена правая рука, он левой вкладывал в неё перо. Куда уж там до стрельбы.
И тем не менее. При малейшем покушении на его честь, следовал вызов. Можно принять подобную щепетильность за анекдот, если бы последствия не были столь серьёзны.
Личная его судьба оказалась в тесной зависимости от одной трагической дуэли. Его старший брат стрелялся с князем Шаховским и был смертельно ранен. Трагизм усугублялся ещё и тем, что дуэль случилась буквально накануне свадьбы Михаила с Ольгой Нейдгардт. У смертного ложа брата Пётр поклялся не оставить его невесту.
И не оставил. Союз оказался замечательный и знаменательный. Ольга приходилась правнучкой генералиссимусу Суворову, Пётр являлся троюродным братом самого Михаила Лермонтова. Брак, освященный знаками Ареса и Эвтерпы, получился прочным и счастливым, дав миру шестерых детей.
Но прежде Столыпин вызвал на дуэль убийцу брата — князя Шаховского. Прострелил ему лёгкое и сам был серьёзно ранен.
Столыпин мог бы стать выдающимся учёным, это пророчил ему великий Дмитрий Иванович Менделеев. Но судьбе было угодно привести его в политику. Перед назначением министром внутренних дел он возглавил Саратовскую губернию. Бывал и в нашем Царицыне, входившем в её состав. Лично руководил борьбой с эпидемией холеры, разразившейся здесь в 1904 году.
РИАЦ сообщал подробности пребывания Петра Аркадьевича в Царицынском уезде и его довольно нелицеприятном отзыве.
Деятельность Столыпина в политической сфере ограничивается всего лишь семью годами. Но он по праву считается одним из ведущих и значимых лиц в политической истории России. И уж, во всяком случае, самым нравственным.
Может быть, поэтому, отчаявшись поразить словом, враги России постарались уничтожить его физически. Столыпин пережил 10 покушений, в которых пострадали его дети и сотни невинных людей. Одиннадцатое — 1911 года, совершённое в Киеве, оборвало жизнь великого реформатора России.