Николай Сергеевич зашёл в избу, закрыл за собой дверь и устало опустился на скамью. Вытер пот с лица.
- Как жить в деревне и не держать скотины? – он никак не мог понять тех, кто, на его взгляд, поступает неразумно.
Коровы, козы, свиньи, куры, кролики… Накормить-напоить живность, почистить в сарае – на это уходит немало сил и времени. Зато своё хозяйство – стабильный источник дохода. Это бесспорно.
Младший брат, Иван, уже давно сменил деревенский уклад на городской быт. И горя ему мало. Зовёт-уговаривает и Николая перебраться ближе к цивилизации. Но вот не лежит у того душа к каменным джунглям.
Упёрся, и всё тут:
- Буду доживать век там, где родился, откуда в школу пошёл, куда первый свой заработок принёс.
Здесь он сам себе хозяин. Здесь двери в домах нет привычки запирать, друг про дружку всё знают и всё готовы сделать друг для друга. А в городе неизвестно, кто рядом с тобой окажется, с кем по соседству волей случая можешь очутиться. Люди съехались в огромный дом со всех концов. Никто друг друга не знает и не желает знать.
Татьяна Степановна, верная подруга жизни, с мужем во всём соглашается:
- Мы с отцом без деревни – ничто. Если кто и стремится отсюда выехать, то мы – наоборот. Душа будто приросла, всё здесь сердцу мило и дорого.
Сели ужинать, когда за окном уже сгустились сумерки.
- Вот доучим, мать, нашего ВаськА, доведём до ума… получит он на руки диплом об окончании, тогда и себе слабину дадим. Распродадим разом всю свою живность. А пока – можешь-не можешь, хочешь-не хочешь, тяни лямку, трудись до седьмого пота.
- Ой ли? Что-то мне не верится, что ты сможешь обходиться без своих Зорьки, Борьки, Ветерка… Впрочем, поживём – увидим. А пока, действительно, расслабляться рано.
Вася – их с отцом гордость. Хоть и поздний он ребёнок, но не избалован, как некоторые. Толк из него должен выйти. Уже на четвёртом курсе мединститута учится. Сложно в наше время учить детей. Это раньше бесплатно было, ещё и стипендию платили. А сейчас учёбу оплати, за жильё съёмное отстегни. Опять же одежду, обувь купи, чтобы не хуже других был сынок их любимый.
Хорошо хоть, что на продукты их студенту не надо тратиться. Всё своё, всё свеженькое: мясо, сало, творог, сметана, овощи. Мать ещё и закрутками снабжает, хватает на всю зиму.
Сами-то они в город почти не ездят. Некогда. Днем работа на совхозных полях, после работы – на собственном подворье. Летом много времени отнимает огород. Так целый день в заботах и проходит.
Соседи у них хорошие. Сегодня один, завтра другой в город едут по своим делам. Никогда не откажутся сумку с продуктами Василию забросить. Все всё понимают: учиться трудно, парень целыми днями занимается – в институте, в библиотеке, дома. Организм молодой, растущий, требует много калорий. Поэтому ему надо хорошо питаться.
- Будет зато у нас свой врач, - рассуждают родители на досуге. Окончит институт, женится на хорошей девушке… Вон Мариночка, соседка, сыну нашему как раз под стать будет. Девочка скромная, умница, хорошо воспитана.
Вася любил Марину. Любил год и любил два. С тех самых пор, как однажды, будучи дома на каникулах, вдруг увидел её совершенно другими глазами. Миловидная, нежная, лёгкая.
Сам он был довольно-таки красив и очень нравился девушкам. Атлетического сложения, высокого роста – настоящий богатырь! Но в своих самых смелых мечтах Василий видел только Маришку. Она, конечно, ещё ребёнок совсем, школьница. Но даже просто видеть её, вот так запросто общаться – одно удовольствие!
С этого сентября девушка тоже живёт в городе. Поступила в педагогический. Старший товарищ взял над ней шефство. Не раз пытался заговорить о своих чувствах.
Но подобные разговоры Марина пресекала на корню:
- Рано мне ещё думать об этом. Я в город учиться приехала.
Парень ей тоже нравился:
- Он очень милый, добрый. Я с радостью буду с ним общаться. Не обязательно ведь людям жениться. А, впрочем, чем чёрт не шутит…
Пусть рядом с ней будет такой защитник. Они земляки, знают друг друга с детства. Он-то уж точно не обидит.
Квартирку Вася снимал маленькую. Но умудрился устроить там полнейший бардак, в котором самому сложно разобраться. Зато за своей внешностью следил, был, как говорится, всегда «как из коробочки»: ухоженный и даже холёный.
- А почему ты не в общежитии живёшь? – спросила как-то Марина.
- Там шумно, суетно. Для занятий нет никаких условий.
- Не знаю… - протянула девушка. Мне лично в общаге нравится. Мы с девочками прекрасно ладим друг с другом. А снимать жильё – это ведь так дорого.
- Родители оплачивают съём, не я же…
В прошлое воскресенье они решили совершить экскурсию на прогулочном теплоходе. В последнее время река, правда, немного обмелела. Не та, что была раньше – глубокая, широкая, полноводная. Красивый осенний вид из иллюминатора очаровал Марину. Мимо то и дело проносились встречные и попутные катера, менялись берега и всё происходящее на них. Движение успокаивало, гудки и завывающие сирены, протяжные и мощные, завораживали.
Они уже провели этой осенью вот так, вдвоём, несколько выходных дней и каждый раз после этого, сидя среди недели в душной аудитории, Марина подолгу смотрела на синее небо и белые облака, такие далёкие и близкие, вспоминая их незабываемые прогулки.
- Ты такой молодец, что вытащил меня сегодня на прогулку. Это было очень интересно. Без тебя я бы ничего этого не увидела. Такой настоящей красоты. Наполненной жизнью.
- Ну что, теперь ко мне? – предложил Василий. Отдохнёшь немного и уже потом отправишься в свою любимую общагу. Я тебя провожу.
После душа Марина облачилась в цветной ситцевый халатик, распустила по плечам свои роскошные волосы, обычно затянутые в хвост.
- Как же ты обворожительна!
Но девушка его не услышала. Ей вдруг бросилось в глаза, что в комнате чего-то не хватает. Чего-то очень важного… Но чего? Вот! Почему она раньше не обратила на это внимания? Во временном жилище будущего медика не было ничего, что говорило бы о его принадлежности к студенческой братии. Ни тебе учебников, ни тетрадей-конспектов, медицинских атласов и проч.
- А ведь ты не учишься! – «выстрелила» она вдруг озарившей её мыслью.
- Да. Не учусь…
- И давно?
- Меня отчислили из института ещё на втором курсе.
- Родителям, как я понимаю, ничего об этом неизвестно? Спасибо хотя бы за откровенность. И ты, значит, вот так бездельничаешь уже который год… Позволяя родителям, которые совсем не молоды, гнуть спину, занимаясь тяжким трудом.
- Мариша, ты только ничего им не говори…
Его слова девушка пропустила мимо ушей.
- Тётя Таня и дядя Коля из кожи вон лезут, чтобы дать тебе возможность учиться. Родители так тобой гордятся! А их сын, оказывается, конченый подлец! Я не желаю тебя больше знать!
- Ты только ничего не говори моим родителям, прошу тебя!
- Тебя, я вижу, одно лишь заботит. Боишься лишиться безбедного существования. Всё! Забудь меня! Как забуду тебя я. Это же верх цинизма! Боюсь представить, на какую ещё подлость ты способен. Вон из моей жизни! Навсегда!