УХОДИЛИ последние дни морозного и снежного января 1943 года, а битва в Сталинграде еще продолжалась. Перед фронтом 64-й армии, которой я тогда командовал, на ее правом фланге противник укрепился по берегу реки Царица. Там оборонялись отборные офицерские подразделения. Наше наступление на этом участке приостановилось, но на левом фланге бойцы, хотя и медленно, продвигались к центру города.
От захваченных в бою пленных стало известно, что штаб 6-й немецкой армии во главе с генерал-фельдмаршалом Паулюсом находится в подвале универмаге. Подступы к театру и универмагу были сильно минированы. И тогда я принял решение: ввести в бой свой последний подвижный резерв — 38-ю мотострелковую бригаду под командованием полковника Бурмакова и к утру 31 января блокировать штаб Паулюса.
К 6 часам 31 января штаб был полностью окружен. Сразу же мне позвонил Бурмаков и доложил, что личный адъютант Паулюса полковник Адам от имени командования фашистской группировки просит начать переговоры.
Для выполнения этой миссии выделили делегацию во главе с начальником штаба генерал-майором Ласкиным. Она должна была требовать полной и безоговорочной капитуляции южной группировки вражеских войск в Сталинграде. Эти условия враги приняли немедленно. Правда, начальник штаба 6-й немецкой армии генерал-лейтенант Шмидт просил не разоружать немецких солдат до отъезда Паулюса из штаба, мол, сердца командующего не выдержит такого позора. Но солдаты противника, узнав о том, что война для них окончена, сами без всякой команды начали складывать оружие. Несомненно, уезжая, Паулюс видел это.
Я ждал прибытия «гостей» в штабе армии. Раздались крики: «Везут!» Затем в комнату вошли высокий худощавый генерал-фельдмаршал Паулюс, рядом с ним генерал-лейтенант Шмидт и сзади полковник Адам. Стараясь «сохранить хорошую мину», они воскликнули: «Хайль Гитлер!»
Откровенно говоря, я еле сдержался. Наглость-то какова! И — строго им: «Гитлера здесь нет, а есть командование 64-й армии, войска которой пленили вас. Извольте и приветствовать по-иному».
Пришлось им подносить руки к козырьку и выдавливать из себя уставное приветствие.
И вот передо мной сидит Паулюс, один из авторов плана похода на восток.
— Предъявите документы, — требую я.
Паулюс подает мне... солдатскую книжку.
— Это солдатская книжка, и она мне ничего не говорит.
— Я солдат немецкой армии, — отвечает Паулюс.
— А я солдат Красной Армии и в армии занимаю определенную должность, как и вы.
Тогда он нехотя вынимает из кармана удостоверение генерал-полковника, командующего 6-й немецкой армией.
— Нам стало известно, что Гитлер присвоил вам звание генерал-фельдмаршала, — говорю я.
Быстро встает генерал-лейтенант Шмидт и предъявляет радиограмму Гитлера.
— Следовательно, я могу доложить своему правительству, что войска 64-й армии пленили не генерал-полковника Паулюса, а генерал-фельдмаршала Паулюса?
— Да, — отводя глаза, хмуро отвечает тот.
Вот так закончилась Сталинградская битва.
Герой Советского Союза, генерал-полковник М. С. ШУМИЛОВ (1965)