"Морозко" (1964)
Настенька – персонаж не однозначный. Кому-то она нравится, а кого-то бесит; кто-то считает ее доброй и отзывчивой, а кто-то – бесхарактерной и чересчур смиренной. Иногда попадается мнение, что с точки зрения "треугольника Карпмана" Настя типичная жертва, которую гнобит мачеха.
Я бы с большим удовольствием поигралась с этим треугольником и в очередной раз препарировала бы доброе и светлое, но на этот раз не вижу для этого никаких оснований. И чем больше смотрю на Настеньку, тем больше убеждаюсь в том, что ярлык жертвы мне на нее навесить не удастся.
До совершенно взрослой и зрелой позиции Настя еще не дотягивает (хотя бы в силу возраста и опыта), однако очень хорошо вписывается в концепцию, где роли "Жертвы" противопоставляется конструктивный вариант – роль "Уязвимого".
1. Уязвимость не позволяет Настеньке "скатиться в жертву".
И "жертва", и "уязвимый" попадают в неприятные отношения, истории, у них есть проблемы, которые они не могут решить. Обе эти роли предполагают, что произошло что-то такое, в чем хорошего откровенно мало.
Жертва реагирует на это деструктивно, начинает жаловаться, стенать или вовсе зарывает голову в песок, но свою проблему не решает. Уязвимый человек понимает, осознает свою уязвимость, и это делает его позицию более конструктивной. Такой человек уже начинает как-то действовать, но учитывает негативные факторы. Например, Настя изо всех сил старается довязать чулок вместо того, чтобы плакать и жаловаться на то, что успеть невозможно. Да, она не в восторге от этой работы, но понимает свою зависимость и осознает последствия: мачеха обещала оттаскать за волосы.
2. Умеет просить, обращаться с просьбами (это тот коммуникативный навык, который недоступен "жертвам").
Настя не стесняется попросить о чем-либо других, если ей нужна помощь. Она просит петуха не кукарекать и зорьку с солнышком подождать. При этом довязывает чулок она сама, аккуратно и быстро. Психологические жертвы либо используют намеки, чтобы другие поняли, что им нужно помочь, либо просят не о помощи, а о том, чтобы другие сделали всё за них.
3. Умеет быть признательной, благодарной.
Настя часто благодарит других, делает это искренне. Жертва убеждена, что ей все всё должны, так что благодарность, как правило, испытывает крайне редко. А еще Настя не отнекивается из ложной скромности от того, что ей дают. Дают – берет и радуется.
4. Не боится высказать свое мнение, не прогибается в принципиальных для нее вопросах.
У Насти есть доля здоровой психологической агрессивности, которую она проявляет там, где для нее важно ее проявить. Ее агрессивность проявляется по-разному, но всегда в легкой, социально приемлемой форме. Сначала Настя заступается за медведицу с медвежатами, не дает Ивану выстрелить в них. Затем открыто говорит Морозко, что считает его злым и жестоким. Наконец, "подкалывает" Ивана, выпустив в него шпильку насчет медвежьей шерсти на щеке. Настя вполне себе ассертивна.
У психологических жертв агрессивность обычно подавлена. Она прорывается лишь когда накопилось и накипело, необдуманно, неконтролируемо (в такие моменты жертва переключается в другую роль, становится агрессором, преследователем). Главный мотив здесь – не отстаивание своего мнения (у жертв его просто нет), а защита своего эго, желание оградить себя от возможной душевной боли.
5. Не рассуждает о несправедливости, не мечтает о том, чтобы справедливость восторжествовала
В отличие от Золушки, для которой идея справедливости была системообразующей ценностью, Настя не жалуется и не ропщет, она относится с принятием к тому, что не в состоянии изменить. Она не желает зла и возмездия своим обидчицам, не ноет по поводу того, как ее обделила жизнь, как жестока к ней оказалась судьба. У Насти нет внутриличностных конфликтов, которые заставляли бы ее метаться или испытывать неконструктивные эмоции.
6. Настенька не жалуется и не обвиняет.
Она могла бы сказать, что мачеха дала ей почти невыполнимое задание – связать чулки Марфушеньке до первых петухов, но вместо этого Настя апеллирует к фактам: вот сколько связано, а вот сколько еще осталось. Могла бы пожаловаться и на то, ее вымазали и выпачкали, заставили выглядеть чучелом, но молчит – кажется, потому что ей это вообще не принципиально.
7. А когда принципиально – действует.
Она сама спрыгнула с саней, когда решила, что так будет лучше для ее отца. Сама бросилась в пруд, чтобы спасти сводную сестру.
Настя – девушка, которая живет в ладу с собой и, что характерно, не суетится. Она не совершает лишних движений, особенно там, где они действительно не нужны. Вытащить Марфушку из воды – это требовало действий, а вот дергаться у дерева, к которому ее привязали разбойники, смысла не было, она и не дергалась, с принятием отнеслась и к этой ситуации.
В Настеньке есть "слабости", но нет той деструктивности, которая характеризует людей в "треугольнике Карпмана". Потому и выход из всех неприятностей и перипетий выглядит для Насти достойным и органичным. Как бы мачеха ни хотела с ней "поиграть", Настя в игру не включалась, возможно, именно поэтому и вышла в позитивные отношения самым естественным образом.
Да, я не особо верю в чудесную трансформацию Ивана, но об этом напишу в другой раз.