Наш цикл о гражданской войне между конкистадорами продолжается — и мы уже приближаемся к "как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем". В смысле — Франсиско Писарро с Диего де Альмагро. Расстались мы с героями на моменте, когда готовился решительный поход против инков. И если прежде-то у Альмагро не было оснований обидеться на Писарро и власти всерьёз, то...
Как уже сказал, пересказывать всю историю с битвой при Кахамарке, выкупом Атауальпы и прочим не буду: тема отдельная, и она-то как раз на русском языке вполне неплохо раскрыта уже. Нужно сконцентрироваться на тех аспектах, что важны именно для грядущего конфликта между конкистадорами.
Писарро выдвинулся из Панамы, уже хорошо освоенной испанцами, 20 января 1531 года — а вот Диего де Альмагро, как и прежде, остался там для организации "тылового обеспечения" похода. То есть схема партнёрства никак не изменилась. По этой причине в ноябре 1532 Альмагро не принимал участия в событиях при Кахамарке, захвате Атауальпы и всём прочем.
А как следствие — и в дележе богатейшей добычи (гляньте текст по ссылке, это интересно). Альмагро появился в Кахамарке с полутора сотнями людей лишь 25 марта 1533 года. И хотя им обещали, что уж дальше-то всё будет делиться между всеми, "осадочек остался". Правда, кое-каких денег Писарро всё же Альмагро и его людям выдал, но воспринято это многими было как подачка.
И опять же: нельзя сказать, что прямо тут Альмагро начал ссориться с Писарро. В конце концов, было очевидно: здесь ещё ой как есть что делить... Но имелся ряд факторов.
Во-первых, уже довольно сложно было не замечать тенденции, скажем так... всё наперегонки завоёвывать. Пусть Альмагро не был человеком образованным, но по жизни-то дураком отнюдь не являлся тоже: становилось ясно, что даже при желании того же Писарро (и Совета Индий) всё как-то честно поделить — увы, на практике это может не быть реализовано.
Во-вторых, "короля делает свита". Да, Альмагро знал Писарро уже около 10 лет, действительно с ним дружил — но однако он сам был харизматичным лидером. Вокруг Диего уже успела сложиться и продолжала складываться группа людей, верных именно ему. Эти конкистадоры смотрели на Писарро и его приближённых (уже разбогатевших, ага) всё более косо.
И, в-третьих, как известно нам из замечательного фильма, "когда за столом двое серьёзных мужчин, все слушают только одного". Та самая проблема, очевидность которой указывал Совет Индий в ответ на наивное предложение Писарро "мы с другом будем править Перу вместе", всё равно потихоньку начинала, увы и ах, оформляться. Просто сложившийся по условиям договора в Толедо и личных договорённостей конкистадоров порядок несколько затормозил этот процесс.
Будущие "писарристы" и "альмагристы" начали складываться уже тогда, в 1533. Хотя сами Писарро и Альмагро вряд ли могли тогда представить, что всего через несколько лет начнут войну друг против друга.
Пока же Альмагро выступил в общих с Писарро интересах, когда 10 февраля 1534 года в нынешнем Эквадоре появился легендарный Педро де Альварадо — тот самый соратник Эрнана Кортеса. Альварадо, в отличие от Писарро с Альмагро, никто на завоевание инков не посылал — но тот полагал, что и сам разберётся, чего ему в Америке ещё завоёвывать. Переговоры вышли, мягко скажем, очень напряжёнными. В итоге Альварадо уехал, оставив Писарро с Альмагро свои войска и припасы — но получил за это очень много денег (по некоторым оценкам — больше, чем нажил в Мексике).
В общем, пока Альмагро был верен Писарро, но партнёрство переставало быть равным, а в качестве "первого зама" Альмагро делалось некомфортно, особенно в силу настроений собственных людей. Были попытки проблему решить? Были.
В мае 1534 король издал новую бумагу — она создавала южнее Новой Кастилии (вотчины Писарро) территорию уже для Альмагро: Новое Толедо. Это вроде как должно было уладить трения, однако вмешались тонкости географии (карты-то пока плохие). Не было ясно, кому на основе новых решений метрополии должен достаться город Куско.
И не то чтобы вопрос "Чей Куско?" между Писарро и Альмагро не был решаем в принципе. Просто это требовало времени, а переписка с метрополией — занятие не быстрое. Ведь кораблю только плыть через океан этак полтора месяца, а этих кораблей мало, ходят они редко. Обмен письмами запросто мог на несколько лет затянуться.
Между тем ситуация-то накалялась. Идея о том, как погасить напряжение, летом 1535 нашлась: Альмагро (вероятно, с подачи Франсиско Писарро) решил устроить экспедицию на юг, в нынешние Боливию и Чили.
Этот поход — по уму дело отдельного цикла постов. Так что здесь скажу просто: кабы Альмагро преуспел в своём начинании — вероятно, никакой войны бы не случилось. Однако поход его завершился неудачей: в итоге освоение Чили начнёт в 1540-е уже Педро де Вальдивия.
Вернувшись из тяжелейшего и разочаровывающего похода в феврале 1537 года, Диего де Альмагро обнаружил, что в Куско...
...а вот это уже отдельная история, которую мы разберём в следующий раз.
Автор - Алексей Миллер. Подписывайтесь на Grand Orient