Выдающийся иранский режиссер Джафар Панахи снял фильм “Никаких медведей” (или “Нет медведей”, встречаются разные переводы). Вообще-то в отношении автора действует запрет заниматься профессией, но Панахи игнорирует цензурное ограничение, снимая то дома, то из автомобиля. Вот и новую картину он снял в ограниченном пространстве: преимущественно в деревенском доме, иногда покидая его пешком или на машине.
Когда состоялась фестивальная премьера (фильмы Панахи тайком вывозят за пределы родины на электронных носителях), автор сидел в тюрьме. В нынешнем феврале его выпустили под залог. Возможно, мировая известность как-то защищает режиссера. Но человеколюбием власти одного из наших ближайших союзников и образцов дя подражания не страдают.
Панахи сыграл сам себя - это уже типичный для него прием. Мы видим, как он пытается удаленно, по видеосвязи поставить новый фильм о людях, по поддельным документам желающим уехать из Ирана. И это не совсем художественное произведение. Ближе к реалити-шоу. Ведь герои на самом деле ищут варианты эмигрировать из объятий дорогого государства. И автор не знает, что будет дальше.
Параллельно разворачивается еще одна история, напоминающая печальнейшую повесть о Ромео и Джульетте. Начинается она с какого-то курьеза. Жители деревни, в которой Джафар арендует жилье, сначала просят, а потом требуют предоставить им какую-то фотографию. Девятилетний мальчик решил, что приезжий запечатлел момент, когда обещанная в жены местному мужику девушка встречалась с другим. Панахи, действительно, щелкал и детей, и разные сельские виды, но этого кадра у него нет. В раздражении он даже отдает старосте карту памяти со всеми снимками, чтобы от него отстали. Но и это не убеждает деревенщин.
У местных есть страшилка, что по ночам по улицам бродят медведи. Конечно, никаких медведей в Иране нет. Да и не хищники страшны. Куда опаснее люди, которые не дают жить другим.
Читайте также: