Коллеги из Puercn перепечатали большую статью по истории уишаньских чаев с достаточно подробным разделом, посвященным их современному маркетингу. Современному — это не тому, который происходит прямо сейчас. А тому, который начался несколько десятилетий назад. И во многом благодаря которому уишаньцы заняли то место на чайном рынке и в чайной культуре, которое заняли.
Там, в статье, на самом деле просто таймлайн. Который начинается с 1980 года, когда Уи Жоугуй взял первый приз на национальном конкурсе чая. И потом брал его еще в 1982 и 1986 годах. Ну и после этого началось. Фестивали, выставки, конкурсы, презентации, аукционы… В 1998 году 20 грамм Дахунпао с материнских кустов ушли на аукционе в Гонконге за 33800 гонконгских долларов. В том же году на другом аукционе и другом фестивале 20 грамм аналогичного чая были проданы за 1568000 юаней. Переводить юани в доллары по актуальному для 1998 года курсу я, если позволите, не буду. А вот гонконгские доллары к доллару США, вроде как, привязаны жестко. И получается, что в 1998 году в Гонконге 20 грамм Дахунпао с материнских кустов были проданы примерно за 4200 долларов США. Как часто говорят в таких случаях, еще тех долларов, из XX века. Ну это все равно смешные деньги.
Начало 2000-х годов стало для уишаньских чаев временем брендирования и стандартизации. 2010-е — временем тотальной медийной активности и ярких туристических проектов. 2020-е — временем закрепления статуса и бронзовения. О том, что уишаньские чаи входят в перечень китайских чайных феноменов, включенных в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО и в разные списки защищенных по наименованию китайских сельхозпродуктов, и говорить нечего…
Я не знаю, насколько он полный, этот таймлайн. Почти наверняка не очень — но это и не важно. А важно вот что.
В этой же самой статье есть большой исторический блок. Начинающийся ортодоксальным упоминанием Шэньнуна и заканчивающийся 1980-ми годами. У уишаньских чаев действительно богатая и разнообразная история. Только вот если бы она закончилась не списком разных конкурсов и прочей актуальной движухи, а грустным абзацем про то, что в настоящее время традиция уишаньских чаев практически утрачена, это было бы нисколько не удивительно. Примеров чаев и чайных традиций, ушедших с большой чайной сцены, хватает.
Причина, по которой уишаньские улуны из региональной традиции стали важной частью китайской и мировой чайной культуры, как раз в том списке маркетинговых мероприятий, которые начались в условном 1980 году. Безусловно, победы в конкурсах, аукционы и прочее статусное пижонство стало возможно во многом благодаря сложившейся к концу XX века традиции производства уишаньских чаев. Без которой просто не было бы продукта — и разговаривать было бы не о чем.
Но также безусловно и то, что без всей этой маркетинговой активности у уишаньских чаев был нехилый такой шанс остаться локальными специалитетами со славным, но прошлым. Хотите знать, как это выглядит? Посмотрите на современный грузинский чай, он как раз такой.
Современные уишаньские чаи — это, кроме всего прочего, отличный пример того, что реальный маркетинг может быть не только азартным облапошиванием покупателей, но и тем, о чем пишут в умных книжках. Последовательной системой действий по продвижению и развитию продукта. В широком смысле слова «продукт», конечно — который включает в себя не только сам чай, но и кучу сопутствующих ему феноменов.
Такая система действий может реализовываться годами. А то и десятилетиями. И часто включает в себя мероприятия, которые со стороны выглядят невероятно уныло. Все эти подачи заявок по установленным какими-то тупыми чиновниками правилам, согласования, постоянные коммуникации с людьми, которые чай от мыла не отличают и не бегают, задрав штаны, от восторга, когда пьют Дахунпао. И вообще оперируют какими-то скучными понятиями типа социального выхлопа, стоимости бренда, логистической доступности и так далее. А потом раз — и оказывается, что про Дахунпао весь белый свет знает. И вовсе не потому, что он нем русские рэперы спели. И не потому, что у него богатая история…
Кстати, о Дахунпао.