Редкое в бытовом и юридическом отношении дело, свидетельствующее о несовершенстве нашего бракоразводного процесса, слушалось 3 декабря 1913 года, в Санкт-Петербурге, в особом присутствии судебной палаты с участием сословных представителей.
Обвинялись муж и жена Наумовы: он в том, что женился на замужней женщине при жизни мужа, а она – в том, вышла замуж при живом муже. Оба подсудимые из темной крестьянской среды, не знающей существующих законов о браке.
Дело заключается в том, что, выйдя замуж за совершенно неизвестного ей ранее человека по фамилии Осетров, крестьянская девица, служившая в Петербурге прислугой, всего через три недели после свадьбы была брошена мужем, который и находился в безвестной отлучке 12 лет.
Осетровой же, кто из «бракоразводных дел мастеров» сказал, что никакого развода ей не нужно, если оно снова хочет выйти замуж. Насоветовали ей это через три-четыре года, после исчезновения мужа. На беду Осетровой, у ней сохранился девичий паспорт, в котором не было сделано никакой отметки о выходе её замуж.
Бракоразводные советчики этим и воспользовались, и посоветовали заявить церковному притчу, что она – девица, после того, как в лице Наумова нашелся жених и предстоял брак с оглашением. Новобрачных и обвенчали в пригородной Смоленской церкви.
Спустя несколько лет, когда у Наумовых уже был ребенок, недействительность настоящего брака была обнаружена и супруги были преданы суду.
Наумов заявил суду, что ему ничего не было известно о том, что его будущая жена состоит уже женой другого. Особое присутствие судебной палаты признало Осетрову-Наумову виновной и приговорило к лишению прав состояния, к заключению в тюрьме на восемь месяцев. Наумов оправдан.
*****
Что же – вот типичный пример закидонов царского законодательства. Темную бабу, обремененную ребенком, сажают на 8 месяцев. А за пьяную трактирную поножовщину, в конце XIX-го и начале XX-го, сплошь и рядом давали … месяц ареста. Даже при летальном исходе, случалось. Но кто пострадал здесь? В этой заметке газеты «Петербургский листок», кстати, очень неясно изложено – а что с самим Осетровым? Можно лишь догадываться, что он таки жив – ведь суд почему-то в этом уверен. И другой вопрос – а как была установлена недействительность брака?