Чтобы создать цивилизацию, нужны только деньги. Много денег. Чтобы воссоздать цивилизацию, нужны деньги, много денег и хотя бы две особи погибшего вида.
Глиссер подбили. С воем и грохотом падаю на город. Тонкое серебристое тело истребителя изуродовано чёрной вмятиной попадания. Его вертит вокруг себя, но не по осям, а с каким-то диким креном. Пытаюсь выровнять и войти в глиссаду, но чьорта лысого.
Дворцовое ПВО находит меня, зуммер нестерпимо пищит, ввинчивается под череп зудящим писком: значит, я на прицеле. Зуммер частит невыносимо, хочется оглянуться в поисках обтекаемой селёдки-ракеты.
А внизу — город. Ни в чём не повинные люди. Стискиваю зубы и тяну штурвал на себя. Нежно, ещё нежнее, чтобы не свалиться, но глиссер едва-едва задрал нос и снова крутанулся.
Среди кубиков и башен жилых зданий вижу золотую луковицу дворцового храма.
Вырубаю автопилот и вручную кладу руль, стена ближе, ближе, ближе. Ровная, крепкая, на весь мир стена. Страшно, блin!
Вваливаюсь в стену. Кирпичи сыпятся на корпус и проминают его, безуспешно жму кнопку катапульты. Чую запах горящего пластика и вонь псевдоплоти гелькристаллов. Всё, ещё две минуты дышать этой смесью — и я труп.
Да вашу ж...!!
Отстёгиваюсь от сиденья и бью ногами в колпак кабины. Изогнутая капельность его подпорчена ударом и двух пинков хватает, чтобы выбить его.
Напоследок глотаю тонизирующее из пилотской аптечки и бежать.
***
У меня всего несколько минут. Охрана не побежит меня искать вслепую, сначала станут сканировать и искать по излучениям церебральных апгрейдеров. У всех они есть, и активно сдают своих хозяев, работая маяками, если это необходимо всяким-разным спецслужбам.
Не останавливаюсь ни на мгновение, стаскиваю куртку на ходу, бросаю её в большом зале со скамьями. Молельня? Без разницы. Бежать в одном скафе легче, чем в экранирующей защитной куртке.
Мои шаги гулко отражаются от стен.
Где? Где? Верчусь. Но я её не чувствую. Чёрт!! Почему я её не чувствую?
Так, спокойно!! Просто ещё не подошёл... Где она может быть? В своих комнатах? Скорее всего!
Бегу. Выбегаю из молельни на площадь. Пусто. Мой глиссер распугал всех.
Вспоминаю заученный план. Так, вон те деревянные створки. Бью в них изо всех сил плечом, ожидая, что распахнуться. Створки открываются медленно и плавно, почти торжественно. Чёртов ритуал!!
Слышу грохот амунированных шагов по брусчатке. Оглядываюсь — охрана очнулась, точно. В целиковой броне бегать, наверное, тяжеловато.
А в холле меня встречают дроиды. Тык-тык-тык! Хороший щит у пилотов. Пули отскакивают так, что я их почти не слышу. Глухие тычки. На нарукавном индикаторе — красные риски. Напряжённость поля высокая, сейчас кончится батарея, и тогда каждый "тык" будет навылет.
Против дроидов бесполезно пулевое оружие, и лазеры тоже к чёрту.
Только вручную. Да, я это знаю. В отличии от большинства, погибших в схватках с охранными дроидами марки КС3018.
Два клинка с пробойником переменного напряжения. Вогнать надо в сочленение на "животе". Одним движением прыгаю-приседаю-тяну руку. Клинок с хрустом проламывает тонкую пластину там, где у человека был бы пупок. Второй продолжает стрелять и задевает плечо. Толчок в плечо. Пока не больно, и я пластаюсь к дроиду. Хруст. Разряд. Упираясь ногой, вынимаю тонкое лезвие. От дроидов пахнет горелой плотью — гелькристаллы их мозга расплавились от разряда. Ухмыляюсь — клинки стоили своих денег.
По центральной лестнице вверх, прыгаю через три ступеньки, на второй этаж — ишь, власть шикует! Всего два этажа во дворце! Это вам не жильё эконом-класса по шестьдесят этажей над поверхностью и почти столько же — под.
А тут настоящее дерево и красные ковры на полах.
Внизу уже раскрываются двери. Так же медленно, как и для меня. Ухмыляюсь. И вам тоже ритуал, служаки!
И тут бьёт в голову. Мир плывёт, почти падаю на стену. Обхватываю голову — кажется, она сейчас разлетится по черепным швам. Висок налево, висок направо, лобная кость... Ага!
Иду туда, где голова начинает болеть сильнее. В носу хлюпает — провожу перчаткой под носом и вижу кровь.
Интересно, что случится раньше: я сдохну или смогу подойти к ней достаточно близко?
Коридор кажется бесконечным. Зачем здесь коридор? Широкий, с одной стороны двери, с другой — прозрачное всё, как будто половина отпилили и приставили стеклянную трубу. Половина потолка, половина пола и вся правая стена прозрачные. Наверное, чтобы видно было сад.
От этой располовиненности голова почти лопается. Тоже напополам.
Одна из множества дверей распахивается.
Первыми в коридор вываливаются амуняки. Хищно оглядываются и замечают меня. Застывают.
За ними пёстрая и разряженная толпа. Какие-то тётки, древние старцы. Суетятся и визжат, и двоятся у меня в глазах. Запихивают обратно в двери... Девушка? Облако белых волос, веснушки и золотые глаза. Я будто в зеркало посмотрелся.
Ну что, не ждали? Стреляю. Оба охранника падают. Они не видели меня на своих сканерах и совсем не ожидали меня тут увидеть.
Делаю рожу пострашнее и ору:
- А ну отошли нафиг!!
Жаль патронов, но даю очередь прямо в потолок с лепниной и стеклом. Пули от стекла рикошетят и со свистом мечутся по коридору. Разряженные вскинули руки почти одновременно. Неужели нет телохранителя? А! Есть! Девчонка выскочила вперёд. Маленькая, тощая, тёмненькая, в удобных широких одёжках. Напрыгивает, пытается ударить, уворачиваюсь и стреляю ей в колено. Пуля звякает об керамику. Отлично! Достаю клинок, тёмненькая перетекает каплей. Ух ты, трудно будет... Примериваюсь, как лучше... Сзади уже топают нижние охранники.
Ага! В подмышку!
Выпад!
Еле успел остановиться. Золотоглазая встала между нами.
- Ты зачем пришёл?
- За тобой.
Мгновение смотрю на неё, и она отпечатывается в моей памяти: платье с широкой юбкой, красное, но не как ковёр на полу, а как тёмное вино или вишни. Много-много блестящих, как рубины, пуговок от стоячего воротничка до талии. Пока смотрел от воротничка до талии, зацепился взглядом за вырез. Кругленькие, золотистые. И глаза тоже золотые. Волосы тяжёлой волной по спине. Белое на красном. Туфли тоже красные, на небольшом каблуке. До этого мне казалось, что шпилька — это очень...красиво.
- Зачем я тебе?
- Ты — как я. А я — как ты.
Она вдруг шмыгает и прижимает к носу платочек.
- Голова болит, да? - спрашиваю. Она смотрит странно и протягивает мне руку. И мы бежим. Тёмненькая бежит за нами. Видимо, её керамическим суставам нипочём мои пули. Надо было подкопить и взять лазер. Надёжнее было бы.
Коптер должен ждать меня на крыше. Он рассчитан на двоих. Правда, на двоих мужчин.
Ладно, надо добежать.
- Куда?
- На крышу.
И тут я вижу, что мне надо вон в ту дверь, а потом через "анфиладу" - что это, мать его, такое? - "череда комнат", понятно. Дальше стукнуть по стенной панели вот тут и тут, и по лестнице внутри стены.
- Пошла вон из моей головы!
- Трус!
Дальше взбираемся медленно — слишком крутая лестница. Распахиваю люк.
- Да вашу … !!
Мы в окружении амуняшек. Столько дул сразу я ещё не видел. И все направлены на меня.
Хватаю золотоглазку, приставляю энергонож к её шейке — тонкая, с бьющимися синими жилками.
- Стоять!! А то все ваши тайны перестанут существовать! Представляете, вы потеряете все данные! Ваш главнюк точно этого хочет?
Слышу, как по рации совещаются.
- Коптер! Верните мой коптер!
После некоторых колебаний охранники расступаются.
И я вижу крохотулю-коптер. Маленький, чёрненький...
- Тёмненькая остаётся.
- Нет. У неё блок.
Блок — это взрвычатка. Взорвётся, если телохранитель отойдёт слишком далеко от объекта.
- Сколько ты весишь?
- ?
- Коптер маленький. Сколько ты весишь?
Ответы прямо в голову, без траты на сказать-услышать.
- А она?
...
- Сойдёт. За одного мужика пойдёте.
Первой в коптер залезает керамическая девка, потом я. Последней запихиваю золотоглазку.
Эти гады пытались испортить мне машинку: панель изуродована, прыжковый модуль выдран целиком из гнезда.
Гады... Гады...
Сквозь купол вижу ухмыляющиеся рожи амуняшек. Один из них многозначительно так стукает себе по виску и показывает два пальца.
Да, теперь у владыки будет целых два хранилища информации.
Фиг вам! Фиг!
Ввожу данные прыжка по памяти — вы что, забыли, с кем имеете дело, а? Я считываю тринадцатизначные координаты из своей памяти, как с листа.
Бедный мой коптер вздрагивает, нагнетает обороты и, на пределе вращения, с места прыгает. Бедняжек-охранников, наверное, хорошо так пораскидало.
***
Коптер прыгнул к моей "яхте". Вывалился из подпространства и мне пришлось вручную состыковаться с "Хопи". Помнить всё и ручками управлять рычагами стыковки — это, оказывается, разные вещи. По плечу уже разливается горячая боль. Каждое движение кистью бередит рану. По руке потекла кровь, а коптер не приблизился к стыковочному узлу. Керамическая девчонка оттеснила меня:
- Дай я.
Я выпустил липкую от крови ручку. Она взялась за обе и недоумённо уставилась на кровь на своих ладонях. Обернулась ко мне, оглядела мой лёгкий скаф, потом посмотрела на золотоглазку. Та протянула ей платочек. Керамическая обернула платочком рукоять и в пару точных и нежных касаний пристыковалась.
Роботу легче. Они тоньше настроены. Но говорить это вслух невежливо.
- Благодарен!
Тёмненькая тыкает пальцем в моё плечо, почти в рану:
- Ты ранен.
Пока шиплю от боли, она оборачивается к золотоглазой:
- Твой брат ранен.
Мы смотрим друг друга. Мы действительно невероятно похожи, но я рассчитывал на другое. Брат.
И тут я начинаю ржать. Смех скручивает меня, я сползаю по переборке, задыхаюсь, как от удара, от конвульсий и боли.
Ещё не отсмеявшись, пытаюсь встать. Рука соскальзывает, в голове карусель, но я встаю и ковыляю к рубке. Моя Хоппи — на самом деле, бывший штурмовик. Правда, устаревший поколений на семь.
Что не мешает ему сейчас быть замечательной яхтой.
- Ты у меня замечательная, Хоппи, да?
- Да, капитан.
- Хоппи, стартуй! Только нежно, угу?
- Да, капитан.
По нарастающему гулу конвертеров понимаю, что мы уже провалились в подпространство. Вектор "провала" я задал заранее, и Хоппи остаётся только запустить программу.
Голос у Хоппи звонкий. Мне всегда кажется, что она улыбается.
- Хоппи, ты улыбаешься?
- Когда вы со мной, капитан.
- Умница девочка!
Падаю в капитанское кресло.
- Хоппи, проводи гостей в каюту.
- Да, капитан.
- Время подлёта?
- Три минуты, капитан.
Я пока не в контакте с кораблём и вижу реальность только сквозь обзорные экраны. Мне не увидеть без корабельных сенсоров, что творится в пространстве вокруг. То, что за кормой, мне не видно. Но и обзорников вполне хватает, чтобы испытывать тошноту. Ну, или впасть в транс. Кому что нравится. Голубые, размазанные по серой мути, искры выключают сознание. Если наблюдать за их танцем, вполне можно вывалиться в некоторое подобие дрёмы.
Меня же просто тошнило.
А может быть, тошнило от непрекращающейся головной боли. Почему так больно?
- Мы не привыкли друг к другу. У меня тоже болит.
- Вы опять в моей голове...
- Да. А ты почему не в моей?
Отворачиваюсь в обзорник. Там - невыносимая муть. Закрываю глаза.
- Меня лечили.
Чувствую, скаф пытаются расстегнуть. Открываю глаза — суровая керамическая девочка ищет застёжку.
- Тебе чего?
- Ты ранен.
У неё в руках паучок-медробот. Раскрываю секцию на плече и девчонка прикладывает паука к ране.
Короткие тёмные волосы, пухлые губы, чуть раскосые и поднятые к внешним углам глаза. Тёмные, как вишни и большие, как... как вишни. Красивая. Наверняка по индивидуальному заказу делали.
- Как тебя зовут?
- Иви Рона.
"Рона". Родовое имя Диктатора. Значит, она из его семьи. Почему я не оставил её во дворце?
- Я тоже Рона, не нервничай. Арани Рона.
Вот тут у меня рот раскрылся:
- А ты-то почему?!
Мягкая улыбка на её губах озаряет теплом всё лицо:
- Сона, ты тоже носишь имя семьи, воспитавшей тебя.
- Воспитавшей... - значит, они и в самом деле семья. Тогда почему она пошла со мной?
__________________________
Поддержать автора можно здесь, а можно подпиской, лайком или коментом.
Читать ещё:
Имя для мага - первая часть о Рене
Голод мага - вторая часть о Рене
Маг и демон - третья часть о Рене.
На канале есть ещё рассказы и немного записок, их можно почитать в подборках.
Приятного чтения!
Автор рад читателям и комментаторам)