Нам обычно не везёт так, как повезло ей и мне. К нам обычно отношение хуже, чем к "сделанным людям", хуже, чем к роботам.
Мы — диктофоны. Ходячие запоминаторы. Хранилища информации, которую нужно спрятать так, чтобы ни один хакер не взломал. Поэтому каждая особь имеет цену. Весь мой корабль не стоит столько, сколько стоил бы я. А я — испорченный. У меня объём памяти меньше из-за докторов в той клинике. Они залезли в мой мозг и что-то в нём сломали. Теперь я запоминаю так же хорошо, но мало и не усваиваю инфу, просто запоминаю, не в состоянии применить. Я тупой. Эта девушка передо мной стоит гораздо дороже. Может быть, за неё отдали планету, а может, систему.
Она стоит того. Она, кроме всего, ещё и красивая.
Чуть вздёрнутый тонкий нос, лицо сердечком, чётко очерченный подбородок. Губы не яркие, почти без выемки на верхней губе, отчего лицо кажется ещё нежнее. Одна бровь чуть выше другой и намечающиеся морщинки не портят её, придают шарма. Волосы седые и пышные. Если присмотреться, можно увидеть кое-где остатки настоящего цвета. Мы в детстве золотисто-рыжие. Седеть начинаем, когда нас начинают заставлять помнить.
Волосы, как вода, текут от её движений. Яркие на красном, чуть волнятся у лица и на концах, отчего кажется, что их очень много — рукой не обхватить.
Красивая флэшка. Гелькристалл с повышенной защитой.
Мы с ней действительно очень похожи.
- Ты знаешь, почему нас так мало?
Она качает головой. Она ниже меня на голову. Хрупкая и одновременно очень мягкая, женственная. Я тоже вечно был тощим, пока не отправили в спецподразделение. Там — или сдохни, или дерись.
Я дрался.
- Знаю, но не всё.
- Смотри!
Я открываю ей свою память. Снова чувствую её внутри своей головы. Это... странное ощущение. Холодное. Будто кто-то перебирает холодными пальцами твои мысли.
Мурашки по шее и затылку. Неприятно и сладко одновременно.
Её глаза смотрят мимо меня. А я смотрю на неё. Брови сдвинуты, еле видная морщинка меж бровей обозначилась от этого. Зрачки уменьшились, и внутри ресниц — одно сплошное слепое золото. Губы раскрыты от удивления.
Это пока.
- Капитан! Выход!
Хоппи качнуло, когда она вывалилась в реальное пространство.
- Встань в очередь к тоннелю. Заявка на систему... - я считал из памяти ещё череду цифр.
- Да, капитан.
В обзорниках видно перемигивающееся габаритное кольцо тоннельного жерла. Рядом висит станция тоннельного надзора.
Там обычно полиция...
Обычный переход, обычная яхта. Почему не пропустить?
Ну, хотя бы потому, что по сканеру нейроактивности здесь четверо, но считываются только двое. Вот и повод для проверки.
Я привык.
Но ещё никогда я не убивал из-за этого.
Мои мысли не читаются сканерами. Ни мобильными сканерами полиции и какой-нибудь там охраны нравственности, ни стационарными монстрами сканирования в институтах и лабораториях. Поэтому моя голова — лучшее из хранилищ, которое можно придумать.
И пытать бесполезно: "голди" от стресса блокируют участки с записью. Это что-то вроде рефлекса. Так считают учёные. Ещё они считают, что всё это — результат генных изменений. И они правы.
- Мы потомки Кин Ара.
Киваю. Не могу сдержать улыбку:
- Теперь не я один знаю всё это.
"Голди" — потомки расы торговцев.
Кин Ара торговали по всей вселенной. Наша цивилизация была внепланетной. Многие кусочки многих наций однажды объединились и основали медленно дрейфующую в пространстве "Несту". Станция перемещалась чуть ниже световой скорости и была домом, базой, основой цивилизации Кин Ара. Кто-то говорил, что Кин Ара объединяет только страсть к наживе, но мы-то знали, что основой объединения была любовь к звёздам и свободе. Полёт и благое дело распространения информации — этим мы жили. "Во имя свободы разума!" А ещё была мечта: накопить на планету. Ради всего этого предки изменили геном, позволив нам запоминать почти бесконечные объёмы информации и сохранять её в неприкосновенности, не позволяя считывать ни одним из известных способов. Церебральный сканер — наша разработка. И вполне логично, что мы себя от неё защитили.
- А потом Рона сделали церебральное сканирование обязательным при получении гражданства империи. И для подтверждения лояльности к Диктатору и Диктату. Нас оказалось невозможно отсканировать. "Для проверки лояльности и выявления экстремистских настроений в обществе". Нашу Несту уничтожили. Изъяли — разграбили — ту информацию, которую можно было взять руками. На нас охотились. За голову золотоглазых была назначена плата. Как за корабельных крыс. Люди вырезали остатки Кин Ара. А потом выяснилось, что теперь собственная голова — не самое надёжное хранилище. И тогда снова понадобились головы Кин Ара.
Мы молчали. Яхта приближалась к тоннельному жерлу. Очередь на вход двигалась быстро.
Иви сидела в кресле навигатора, подобрав ноги по-турецки. Паук-медробот сложил лапки у неё на плече. Наверное, она ему понравилась.
- И что ты хочешь сделать?
- Как — что? Я украл мысли и секреты Диктатора Рона! Он заплатит за наше молчание. Мы купим систему, купим генный конвертер...
- Он убьёт тебя. Он просто тебя убьёт.
Она показала пальцем на обзорный экран:
- Хотя бы с их помощью.
Патрульный катер приближался к нам от станции, а из жерла, в кровавом свете тревожных маяков, вываливались один за другим штурмовики Гвардии Диктата Земной Федерации. Целая вереница и все по нашу душу! Блестящие вытянутые капли, вроде моего глиссера, только больше, один за одним, словно бусы на рождественском дереве.
Гражданские транспорты испуганно, стайкой рыбок, разлетелись по сторонам.
- Хоппи!! Хоппи!!
- Они вырубили её. Мы в стабилизаторе, - Иви смотрела по левому борту, зеленоватое свечение стабилизирующего луча не спутать ни с чем, - у тебя есть шлюпка?
Я покачал головой:
- Я разбил глиссер, когда...
- Ага. Когда штурмовал дворец, да? Блокируй рубку, десантник.
Арани села в кресло и закрыла лицо руками.
- Хоппи, блокируй рубку!
Иви обернулась ко мне так, что я отшагнул назад: казалось, она сейчас кинется на меня. Но кинулась к люку:
- Ты и вправду дурак. Руками!
Я уже щёлкал на пульте. Кнопки работали, и люк затянулся перепонкой, а потом и лепестки диафрагмы.
Иви с сомнением оглядела закрытый люк. Снова обернулась ко мне:
- И это — всё? Ты с этим полез на Диктатора? Запасной выход есть?
- Что ты хочешь?
- Скафандры.
- Поздно! - диафрагма плавится, стекает каплями вокруг плазменного разреза.
Алая щель раскрывалась улыбкой.
- Бегите, Иви! Арани! Бегите!!
Я набираю капитанский код на дверной панели запасного выхода, активируя одновременно и скафандры, и кессон. Вдвоём у них есть шанс, а я... Диафрагма ссыпается на пол жестяными лепестками.
Арани поднимает голову:
- Закрой его, Иви!
- Ну уж нет! - тащу её к выходу.
Падает ещё один лепесток.
- Идите, я их задержу, вас подберут...
Арани смотрит на меня. В её глазах безмятежность. А может быть, обречённость:
- Кто?
Я понимаю, что она права. Гвардейцев видят все. И никто не станет помогать тем, кого они пытаются "взять".
Сбив пинком остатки диафрагмы, в люк пролез уродливый и широкий из-за защиты гвардеец. Его лицо целиком скрыто под дыхательной маской и шлемом. Я вижу только блеск его лицевого щитка.
Вскидываю автомат. Сколько у него там пуль осталось? После дворца я его не перезарядил.
Арани встаёт передо мной.
- Уйди!
Поверх её головы вижу, как вслед за первым лезет второй, за ним и третий. Первый отворачивается к дверной панели и раскрывает люк. Второй и третий обернулись ко мне. Их бросок был слаженным и плавным. Медленно для меня и быстро для них, неотвратимо, как падение стены.
А я просто стою и смотрю на это. На то, как падает на меня стена. Могу лишь наслаждаться мурашками и шипеть, как связанный кот:
- Пусти!
"Нет"
Они просто обошли, обтекли её, как вода — камень.
Удар! Весь воздух выбит, а новый не вздохнуть. Пока я сражаюсь с собственными рёбрами, меня укладывают мордой в пол, коленом придавив лопатку, сковывают руки с ногами.
Лежу "коробочкой", шмыгаю кровавыми соплями. "Довольна?"
Остатки выбитых и оплавленных лепестков втянулись в пазы, и вошли последние: капитан гвардейцев и связист. Связисты — боги нашего мира. Без них наша цивилизация рухнет в момент. Именно поэтому они больше не армейские, вся их служба принадлежит Диктатору напрямую.
Связист — примерно мой ровесник, только голова бритая по их обычаю — устанавливает проектор прямой связи и отступает, благоговейно прижав ладонь к сердцу. Жест приветствия Диктатору.
Я не успел ни удивиться, ни осознать этот факт как следует. Над таблеткой проектора появился человек.
Теперь уже все в моей рубке стояли с ладонями у сердца. Кроме меня и Арани.
***
Диктатор повертелся вокруг, совсем как человек. Как самый обычный человек.
Нашёл Арани, и его длинное лицо, похожее на морду усталой собаки в очках, просветлело:
- Арани! Арани, здравствуй, девочка! Ты нужна мне.
Он развёл руками и приподнял плечи, став почти жалким:
- Я без тебя, как без рук, - он снял очки, протёр тряпочкой — опять как человек! Снова вернул их на переносицу, - Возвращайся, Арани!
Арани шагнула ему навстречу и остановилась. Тёмненькая Иви стоит в шаге за её левым плечом и тоже шагает с ней.
- Я вернусь, Диктатор. Но с условием...
Пока она перечисляла, я пытался вырваться, встать, хотя бы хоть что-нибудь сказать.
Она продавала себя. Как можно дороже и ради общего блага. Но не ради себя.
"Арани!"
"Мы ещё увидимся, Сона Кин."
"Я хотел строить новый мир с тобой!"
Она выходила из рубки, за ней Иви и гвардейцы. Только связист спешно сворачивал оборудование под присмотром оставшихся гвардейских.
"Ты даже не знал, кто я. Ты пришёл за мыслями Диктатора, чтобы купить за них планету и будущее своего народа"
"Ты — часть моего народа!"
"Ты купил"
"Арани!"
"Мы — изуродованные обломки. Из нас не вырастить народа"
Я смотрел на красные туфельки, пока они не скрылись за сапогами гвардейцев.
Голова больше не болит. Наверное, у неё тоже.
Я остался один, в немой рубке убитого корабля. Всё, что было, мелькнуло алой и золотой, и белой вспышкой. И снова тьма, серость и пустота.
Раздавленный гвардейским сапогом паук-медробот скрючился неподалёку. Его лапки ещё дёргаются.
Я снова один.
***
Арани Кин — замечательная планета, столица одноимённой системы. Тут живут люди с уникальной способностью запирать знания и факты в своей голове. За плату они помогут вам доставить информацию в любой уголок вселенной.
Кин Ара узнать легко. Они седеют очень рано, а глаза у всех — цвета золота. Тысячи оттенков золота.
Как у прародителей. Арани и Соны Кин.
Их статуи есть в каждом городе на планете. Арани стоит обычно на Южной площади, Сона — на Северной. Их никогда не ставят вместе. Как вечное напоминание об их жертве.
Разделённое единство.
Чтобы создать цивилизацию, нужно дорого заплатить.
И не всегда деньгами.
finite Incantatem
май 2018, Рина Алискина, он(а) же ШушАвинский
__________________________
Поддержать автора можно здесь, а можно подпиской, лайком или коментом.
Читать ещё:
Имя для мага - первая часть о Рене
Голод мага - вторая часть о Рене
Маг и демон - третья часть о Рене.
На канале есть ещё рассказы и немного записок, их можно почитать в подборках.
Приятного чтения!
Автор рад читателям и комментаторам) и подписчикам рад очень-очень