Александр Антонов доложил всё чётко, как положено: «На сборах в Алапаевском батальоне, как я уже говорил, командование батальона боролось с пагубной партизанской привычкой промачивать горло веселящими напитками. Не всегда это удавалось пресечь…
(начало читаем на параллельной платформе - https://dzen.ru/a/ZIMGgx36y0SBXPnl)
Особенно в субботу и воскресенье, не сидеть же заместителям командира батальона безвылазно на КПП, ведь не одни партизаны, а и семьи внимания требуют. И однажды, в какое то из воскресений около 17.00 в нашем расположении появился куратор сборов капитан Миллер.
Приказал строиться. Приказ есть приказ. Построились. Все кто не пил, кто мало выпил и те, кто ещё мог на ногах стоять. Капитан Миллер начал речь: «Алкаши! Позорите честь советского человека, упившись до состояния скотины…».
Народ начал роптать...
«Отставить.- продолжал Миллер – Все пьяны… Но, начало моей речи было направлено не тем честным людям, которые хоть и выпивши, но вышли на построение... А тем, которые упившись до положения риз валяются в палатках. Всем тем, кто не вышел на построение объявляю по 5 суток ареста!».
Из строя опять послышался ропот... Миллер тут же объявил недовольным свой вердикт – по 3-е суток ареста. В общем набралась кампания человек 20- 25, из них лежащих человек 5. Было приказано всех лежащих немедленно препроводить на гауптвахту.
Доставку организовали те, кому объявили по трое суток. Троих из них тоже оставили на гауптвахте, правда не надолго, минут через 15 они вернулись за шинелями, картами, магнитофоном и как оказалось бутылкой вина. Благо начальник караула никого не обыскивал…
Утром арестованные через колючку кричали нам «Мы то уже похмелились. А вам слабо?». Народ пошел проситься на гауптвахту, часовой не пустил. В столовую, на завтрак арестованные прибыли под надзором вооруженного часового.
После завтрака поплелись по привычке в палатки полежать и покурить, часовой кричал: «Нельзя, назад!». Но народ внимания не обращал на его крики, и он смирившись, покорно шел следом.
Около палаток сел на скамейку, положив автомат на колени. Покурили, крикнули ему: «Ну веди…». А в караулке начкар довел до них приказ Миллера. На строящемся клубе нужно углубить котлован.
Каждый арестованный должен выкопать грунта по 1 кубометру, старший из группы арестованных должен выдать на гора 2 кубометра. А клуб, надо сказать начали строить на старом демидовских времен шахтном отвале, там и полкубометра смеси, слежавшейся глины с породой замаешься копать.
Конечно-же копать никто не стал. После обеда на объект пришел капитан Миллер, осмотрел всё. Собрал арестованных и сообщил: «Молодцы» ребята… На завтра задание. По два кубометра с человека и четыре кубометра со старшины арестованных. Даете выработку, отменяю наказание и рву листы об аресте. А будете сачковать, как сегодня, задание увеличится ещё вдвое…».
Утром следующего дня пришла делегация от арестантов, предложения их были просты, выйти всем на углубление котлована. Все равно почти всем сидеть придётся. После обеда вышли все, даже те, кто не был наказан.
Уже почти заканчивали работу, когда появился Миллер. «Я же о солдатской солидарности забыл. Маловат объём работ задал. Но слово офицера, все арестованные свободны. Попрошу следующую партию арестантов явиться на гауптвахту».
Следующей партии арестантов задание сразу было увеличено вдвое. И мы все опять пошли помогать. Лишь некоторые индивиды отказались. Мотивируя это тем, что им не объявлено ни одних суток ареста…
Третьей партии арестованных задание по удалению грунта удалось выполнить совсем легко. Пока кадровые офицеры были на совещании, на стройку загнали бульдозер.
Удалили весь грунт, как это нужно было по проекту, а потом лишь замаскировали следы оставленные трактором…».
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
