Я уже давно смирился с тем, что большим начальником мне не стать и выше собственной головы не прыгнуть. Бывают люди, которым все даётся легко, но не мне. За свои жалкие крохи я должен пахать как вол. Впрочем, я не жалуюсь. Во-первых, экспедитор — не такая уж плохая работа, мне нравится. А во-вторых, пусть у меня и нет большой зарплаты, зато на работе меня все уважают: ещё бы, я «старожил».
Начинал здесь ещё при старом шефе, отце нынешнего. Тогда наша фирма помещалась в двух маленьких комнатах, а сейчас занимаем целое офисное здание. На корпоративах меня всегда отмечают: мол, Коля — это наш талисман. Мелочь, а приятно.
С Иваном Сергеевичем, директором, я почти не сталкиваюсь, хотя и помню, как он впервые пришёл к нам в офис: молодой, только закончивший институт, робкий. Совсем не похож на сына владельца. Сейчас Иван Сергеевич набрал солидности и превратился в стандартного представителя среднего бизнеса. Денег у него куры не клюют, связей с нужными людьми масса. Когда он идёт по коридору офиса, все почтительно расступаются и шепчут подобострастно: «Здравствуйте, Иван Сергеевич!».
Я его вижу редко: уж слишком далеко моя каморка от кабинета генерального. Да и не по чину мне в высоких кабинетах крутиться. Представьте себе моё удивление, когда мне позвонила секретарша главного и строгим голосом приказала:
- Тебя к себе требует шеф!
Трубка выпала у меня из рук. Что случилось? Неужели он узнал о том, как мы с мужиками вчера допоздна сидели за бутылочкой, и теперь хочет меня уволить? А почему лично? Ах да: я же талисман фирмы, все гадости мне лично в глаза выскажет…
На ватных ногах я дошёл до кабинета шефа. Постучал. Вошёл. Встал у двери. Иван Сергеевич сидел за столом, и вид у него был неважный. Серое лицо, мешки под глазами, усталый взгляд.
- Ты проходи, садись, — небрежно махнул он мне, глядя в монитор.
Я присел на край стула. Шеф оторвался от компьютера и посмотрел на меня:
- У меня к тебе очень важное дело. Дело жизни и смерти.
Сердце моё заколотилось. О чём это он?
- Говорят, у тебя тётка - знахарка. Это правда? — вдруг спросил директор.
- Правда, — подтвердил я, - Тётя Люба.
- Мне Софья Степановна рассказала, что она её после онкологии выходила.
Я кивнул. Это был тот редкий случай, когда тётя Люба взялась лечить постороннего человека. Ни с того ни с сего позвонила мне и спросила:
- У тебя на работе есть женщина, чернявая такая, полгода как замуж вышла?
Я удивился: никогда я тёте Любе не рассказывал о своих сослуживцах.
- Есть такая, — подтвердил я, - Только она пару недель как на больничном.
- Привези её ко мне, — скомандовала тётя, - Срочно!
И я привёз к тёте Софию Степановну. Как оказалось, у неё была начальная стадия рака. Тётя Люба поила её отварами, что-то шептала над свечкой, и Софья Степановна выздоровела. С тех пор успела родить двух детей и непрестанно благодарит меня за своё здоровье и семейное счастье. Хотя при чём тут я? Это все тётка…
Иван Сергеевич вздохнул, снял очки и сразу стал каким-то беззащитным. Он протёр очки, снова водрузил их на нос и спросил:
- Ты сможешь договориться, чтобы она меня приняла?
- Вряд ли, — опешил я, - Понимаете, тётя Люба вообще-то не зарабатывает своим даром. Говорит, бизнес на здоровье ей бог не позволяет делать. Так, лечит родственников и соседей, плату не берет, даже продуктами. Когда Софья Степановна рассказала о своём выздоровлении на работе, меня многие уговаривали посодействовать, но тётка всё отказывается.
- Понимаешь, Николай, беда у меня. Желудок болит уже несколько месяцев. Бегаю по врачам, а диагноз всё не могут поставить. Никакие лекарства не помогают, только хуже становится. Одна надежда на твою родственницу...
Мне стало дурно: откажу генеральному, и он меня выгонит с работы. Была у Ивана Сергеевича такая неприятная черта, как злопамятность.
— Попроси её, — прищурился шеф. — За мной не заржавеет, отблагодарю тебя как следует.
Я вышел из кабинета, крепко задумавшись. Благодарность шефа — штука серьёзная. Может, денег к зарплате добавит. Или какую-нибудь начальственную должность придумает лично для меня.
А то что ж получается, я — талисман фирмы, а работаю простым экспедитором?! Дело за малым: уговорить упрямую тётку.
Как всегда, в сложных случаях, я решил посоветоваться с женой. Нинка у меня хитрая, обязательно что-то придумает.
— Не надо изобретать велосипед, — сказала она. — Расскажи тёте Любе все как есть. Мол, важный начальник, имеет влияние на твою судьбу и все такое. Ты у неё всегда был любимчиком, не откажет.
Приехал я к тёте Любе с гостинцами в выходные. Ещё только распаковывал сумки, а проницательная тётка спрашивает:
— Чего тебе от меня нужно? Я ж вижу, не просто так приехал. Выкладывай как на духу. Мне врать бесполезно, ты же знаешь.
Ну я и рассказал, что мучается мой шеф с животом, никто помочь не может, только на знахарей надежда. И у шефа, и у меня. А то как-то стыдно в мои годы быть простым работягой. Шеф за такую услугу для меня что хочешь сделает!
— И не только для меня, — умасливал я тётку. — Гляди, у тебя в доме крыша течёт. А денег на то, чтобы перекрыть, нет. Но мой шеф поможет, он такой.
Тётя Люба поджала губы, помолчала. Потом посмотрела на меня искоса:
— Ну, положим, со своей крышей я сама разберусь, уже договорено. Ты ждёшь, что шеф тебя озолотит за то, что ты его со мной сведёшь? Ладно, помогу тебе. Но боюсь, что прогадаешь, племяш...
Последнюю фразу я пропустил мимо ушей. И чуть не расцеловал тётку: ну до чего она меня любит! Даже принципами поступилась ради племянника. Надо будет ей газонокосилку подарить.
И новую бензопилу — если шеф денег отвалит, не жалко. А потом найму для неё работников, чтобы сад от старых деревьев очистили. Все устроилось лучше некуда. В понедельник я дал контакты своей тётки Ивану Сергеевичу, он чуть не прослезился от радости. И опять заверил: «Отблагодарю!»
А потом шеф на две недели исчез из офиса. Сплетничали, что он уехал за границу на обследование, но я знал, что тётка сказала ему отдыхать и пить её травки.
Две недели я предавался мечтам. В том, что тётка вылечит генерального, не сомневался ни минуты. Я думал о том, что будет, когда это произойдёт. Даже присматривался к машинам в салонах.
Шеф вернулся на работу полным сил, бодрым и молодцеватым. Перво-наперво занялся делами, которые накопились в его отсутствие. Я сидел в своей каморке и ждал, когда у директора освободится время для моей скромной персоны. В полпятого позвонила секретарша и пригласила к шефу. Я зашёл в кабинет уверенной походкой, сел на стул, сразу же спросил:
— Ну как прошло лечение?
— Замечательно! — Шеф захлёбывался от восторга. — Твоя тётка — это нечто! Пошептала, походила вокруг меня, травки дала. Полегчало! А знаешь, в чём все дело было? — Он хохотнул. — Врачи наши — тупые, ничего не понимают. Говорили, то ли рак у меня, то ли язва, то ли непроходимость какая-то. А оказалось, смех один, — глисты! Самые обычные паразиты!
Я радостно улыбнулся, чтобы шеф видел, как я за него счастлив. Директор улыбался, думая о что-то своём. Наконец очнулся:
— Николай, я помню своё обещание. За помощь отблагодарю. Я знаю, ты оценишь. И босс достал откуда-то из-под стола полиэтиленовый пакет, в котором находилось что-то, похожее на коробку. «Деньги!» — мелькнуло у меня в голове. — Разверни, — вальяжно разрешил директор. — Я же вижу, что тебе любопытно. Я дрожащими руками выудил из пакета... объёмистую книгу. На обложке — фото шефа. И надпись: «Мой путь к успеху».
— Ты — парень башковитый, — сказал шеф проникновенно, — но до сих пор экспедитор. Тебе надо открыть свой бизнес, а книга поможет. Пару лет назад я участвовал в бизнес-форуме, делился знаниями и опытом. Мне посоветовали написать книгу. У тебя в руках эксклюзив с дарственной надписью! Это практическое пособие.
Я промямлил дежурные слова благодарности, вышел из кабинета и побрёл в свою каморку. У меня были сложные чувства. Во-первых, было жаль новую машину, которая никогда не будет моей. Во-вторых, вспомнились слова тёти Любы о том, что прогадаю. А в-третьих... В-третьих, я почувствовал себя последним лохом!
