Рассказывает Алена, 35 лет. «Мне казалось, что я невидимка, пустое место, тень, но не человек со своим мнением. Его спрашивали вроде как из вежливости, но в счет никогда не принимали. Это выглядело так: – Хочешь есть? – Нет. – Садись, обед остывает. Или так – Почему ты не хочешь идти на рисование? – Там надо мной смеются. – Ничего страшного, иди скорее, а то опоздаешь. «Она ведь могла пойти к учителю и разобраться, что происходит, кто меня обижает и, возможно, ситуация бы изменилась. Но ей было важно просто выполнять план моего развития: школа, рисование, танцы и т.д., а что там со мной происходило, как я справлялась? Для нее все это большого значения не имело. Поэтому к подростковому возрасту я уже была мастером по избеганию всего, что мне не нравилось, потому что обсудить что-то с матерью было почти невозможно. Вот это ее «ничего страшного» стало универсальным ответом на почти любую мою жалобу. Больше всего я боялась конфликтов, ведь меня не учили – как из них выходить, как отстаи