Уральские и сибирские историки зачастую придают слишком большое внимание Восточному фронту гражданской войны, питерские историки – северо-западному, архангельские – северному, а московские – южному. Не является исключением и «эшелонный этап».
Вообще по сей день много споров стоит ли «эшелонный этап» вообще считать гражданской войной. Автор этих строк относится к тем, кто началом гражданской войны его не считает.
Исследователь гражданской войны Николай Кокурин считал «эшелонным этапом» период, когда вооруженная борьба уже началась, но противоборствующие силы были крайне малочисленны, а фронты ещё не сложились.
Не было ещё и Красной армии: красногвардейцы объединялись в отряды и дружины, дружины в колонны.
Основные противники Советской России в «эшелонный период» — это украинские националисты, антисоветские повстанцы на Дону, в Оренбуржье и на р. Урал.
Наиболее многолюдными, а, следовательно, наиболее опасными большевикам представлялись военные группировки украинских националистов, потом донских казаков и, лишь на последнем месте, по уровню опасности числился мятеж казаков оренбургских и уральских.
Надо иметь ввиду, что донское казачество в ту пору было самум многочисленным, оренбургское казачество было по численности третьим в империи, а уральское казачество, вообще карликовым.
В соответствие с этим, главные силы советское правительство направило на Украину и Дон, а борьба за Урал на том этапе имела второстепенное значение и велась местными силами.
Антисоветский мятеж на Урале в ту пору возглавил оренбургский атаман Александр Дутов.
Известный писатель-эмигрант Р.Б. Гуль так описывал события:
«Атаман печатно заявил, что не подчиняется большевистской власти, и в Оренбурге начал формировать казачьи отряды для вооруженной борьбы. Но на Оренбург, по улицам которого в желтом овчинном полушубке, в руке с атаманской булавой, окруженный охраной ходил Дутов, в декабре 1917-го двинулись красные матросские отряды. Пришедшие с фронта мировой войны, разложенные казаки-фронтовики не захотели сражаться еще и под родным Оренбургом и открыли матросам город».
Впоследствии и историки, и беглые белые генералы, конечно рассказывали о «красных полчищах», обязательно матросах, евреях-комиссарах и т.п.
В реальности, сражались с мятежниками Дутова в основном рабочие уральских заводов, отряды красногвардейцев были немногочисленны и серьезные бои случались очень редко.
Вообще в «эшелонный период» даже на самом массовом участке – украинском силы сторон редко достигали двух-трех тысяч человек.
А военный историк Николай Какурин оценивал события «эшелонного периода» в Оренбургской губернии и Уральской области даже несколько пренебрежительно: «…элементы повстанчества, образовавшие первоначально мелкие бродячие отряды в этих областях, явились, в сущности, первыми зародышами будущего Восточного фронта».
По мнению Какурина эти «зародыши» не представляли из себя никакого значения; огромные просторы театров пришли им на помощь, сохранив их от гибели; их значение как возбудителей контрреволюционного движения выявилось позднее…
Удаленность обеих областей от жизненных советских центров, пространства и «малая культурность» театров обусловили длительность этой борьбы и затянули её до момента возникновения Восточного фронта гражданской войны.
Нет сомнений, все эти вредоносные зародыши Россия благополучно бы «абортировала» из себя, если бы не интервенция. Только появление сил Запада позволило антибольшевистским силам провести мобилизацию и сформировать Восточный фронт.
Поэтому дутовский мятеж, которому современные российские историки придают столь большое значение, вряд вышел бы из «зародышной» стадии и подавлялся легко самыми малыми местными силами.
Другие статьи по истории Урала на сайте перво.инфо: Навигатор по истории Урала