Агни стояла на остановке уже полчаса. Стояла, попрыгивая и похлопывая себя руками — это немного согревало. И ни одного номера из нужных не проезжало.
На остановке висела с боку табличка с расписанием. Потрёпанная, она не очень-то внушала доверие: могло уже сто раз всё поменяться, а табличку поменять так никто не удосужился.
На табличке не было нужных маршрутов.
Агни мысленно начала проваливаться сквозь землю: нужно попросить помощи. Ей, Хранителю пути, всё равно требовалась помощь людей, чтобы выжить в их мире.
Вот такая досада.
Рядом мёрзли такие же нахохленные и несчастные, Агни осторожно спросила у стоящей рядом женщины.
- Скажите пожалуйста, я с этой остановки уеду до...?
Женщина поправила надо лбом вязанную шапку. Тыльной стороной руки в синей варежке со снежинками поправила, не выпуская из руки полиэтиленовой сумки, сшитой из пакета. Пару мгновений тупо смотрела на Агни.
А потом как-то с сожалением улыбнулась, будто виновата была в том, что должна произнести и сожалела об этом:
- Ой, это вам туда, на поворот надо! Оттуда и 48-й ходит, и 33-й. На них почти до конечной.
Агни посмотрела туда, куда указывала женщина.
Топать туда ещё триста метров. По совершенно нечищенному тротуару.
- Спасибо! - Агни стащила с запястья верёвочку с маленьким железным цветком — Возьмите на счастье!
Видя замешательство, пихнула крохотный железный цветочек в карман её куртки и пошла, опять проваливаясь в снег. Если ей так тяжко, то каково людям? Без силы, без возможности что-то исправить? А они ещё умудряются помогать.
Агни ещё раз оглянулась.
Женщина смотрела ей вслед, но тут подошёл автобус и, кажется, её. Через минуту ПАЗик хлопнул дверями и поехал, женщина всё смотрела в окно на странную девушку с рюкзаком и кошкой. Опять поправила варежкой шапку. Удалось сесть — это хорошо. Ехать далеко, а ноги уже гудят.
Женщина опять выглянула в окно. Маршрутка уже отъехала, а девушки не было на тротуаре. Женщина завертелась, пытаясь увидеть, разглядеть силуэт, но никого не было.
Надо же, куда-то делась... Впрочем, в такой метели можно потеряться и за десять шагов.
Женщина расстегнула куртку, устроилась поудобнее — ехать далеко. В автобусе влажно от снега на одежде и обуви, от дыхания многих пассажиров. Окна запотевают, яркий свет делает плохо видимым город снаружи.
Золотой аквариум с людьми рычит-газует сквозь город, проседая на особенно глубоких намётах через дорогу.
Оберег не был вмешательством. Так, безделушка. Чуть-чуть везения в кармане — и только. Так Агни уговаривала себя, но убедить даже себя получалось плохо.
Всё-таки, изменение. Пусть и малое. Всё-таки вмешательство. Но мир его позволил... Хотя... Может, и накажет откатом.
Агни подняла лицо к небу. Снежинки сыпались, таяли, налипали и цеплялись, мокрые, за волосы, одежду и стекали по коже холодными ручейками. Нет, это не было приятно.
Агни уныло побрела за поворот. Ноги проваливались в снежную кашу на тротуаре, ветер дул в лицо, сёк крошкой и пробирался холодом за шиворот и в курточную застёжку, крал оставшиеся ещё крошки тепла.
Мёрзнет лицо, мёрзнут руки и шея, туда здорово поддувает. Но внутри, под курткой, потно и душно. Хочется расстегнуться, но как только расстегнёшься, нараспашку к ветру — замёрзнешь ещё сильнее и сразу же.
Навстречу идут такие же бедолажки. Несчастные погодой, мечтающие о доме и одеялке с компом или книжкой.
Тротуар тут превратился в тропинку. Давно нечищенную тропинку. С левой стороны снежное топкое крошево, с правой склон, с которого соскальзываешь обратно в снежную кашу.
Агни прошла метров пятнадцать по этому тротуарному бездорожью.
Остановилась отдышаться.
Сзади какая-то мамашка волочёт коляску. Та ёпушки-воропушки!!
- Давайте помогу! - и чуть не расплакалась от её ошарашенного благодарного взгляда. Вместе выволокли четырёхколёсный детский транспорт на более-менее расчищенное место.
Мамашка, оказавшаяся молоденькой ещё совсем девчонкой, благодарила так, что Агни стало совсем неловко. Она поняла, что больше не выдержит этого города сегодня.
- Да ладно вам, ладно! Всё в порядке.
И когда мамочка отъехала дальше, толкая коляску по зимним сугробам, по этому великому греху всех зимних городов, Агни смотрела, смотрела ей вслед. Каждый мучается сугробами. Каждый, кто ходит ногами.
И всё равно эти снежные кучи-барханы никуда не деваются. Лежат неделями и месяцами ловушкой на тротуарах.
Агни поняла, что — всё! Под горлышко наелась этим городом.
Невыносимо месить ногами эту чачу, и тем более невыносимо, когда можешь лететь.
Агни выхватила помело из-под рюкзака — ну и пусть без прутьев, всё равно же помело!
Ударила его о подошву, о землю, об коленку и вспрыгнула на него обеими ногами.
Придерживаясь пальцами за верхний и передний край, понеслась прямо над землёй, низко пропуская под собой взрытое многими ногами снежное месиво.
Как печенные крошки в пакете, где когда-то было песочное курабье.
Агни направила метлу выше.
Метель била её порывами ветра, секла хрусталиками снега, но всё это было в разы приятнее плена погребённого под метелью города, засасывающего ноги снегом.
Почему снег плотно утаптывается тропками в лесу или в деревне, почему в городе — всегда крошево и месиво?
Агни поднялась высоко, чтобы быть выше проводов — иначе влепишься в них и будет обидно и больно.
С такой высоты заснеженный город кажется уже другим. Сказочным и даже уютным. Огни, огни. Золотые и красные, и неоновые, и синие, зелёные. И красные всплески света с крыш высоток.
Ползущие светляки-авто по улицам, проспектам и площадям. Послушные порядку дорог, сливающиеся в ручейки и спирали.
Всё это красиво, пока ты снаружи этого, пока ты не в плену улиц, толпы, автомобилей и снега.
Агни не была в плену. Агни всегда было снаружи. Правда, у этого были свои минусы.
Агни направила помело вдоль одной из улиц — до Мил даже лететь далековато.
Самый важный минус положения снаружи в том, что самое близкое ей существо — глухой кот. А самый близкий ей разумный — настолько неугоден миру, что мир не желает его впускать и не впустит без непомерной жертвы.
Агни поправила себя: не впустил бы. Не впустил бы без жертвы.
Вот такое вот положение снаружи.
Агни злилась и это закрепляло её в её обычном облике девушки слегка за двадцать.
Хотя ей было слегка за двадцать десятилетий.
Ведьма летела на помеле над городом. В порывах метели помело дёргалось и падало книзу временами, и ветер сбивал его, словно играя с ним, с веточкой тонкой в своих лапах.
__________________________
Поддержать автора можно здесь, а можно подпиской, лайком или коментом.
Читать ещё:
Имя для мага - первая часть о Рене
Голод мага - вторая часть о Рене
Маг и демон - третья часть о Рене.
На канале есть ещё рассказы и немного записок, их можно почитать в подборках.
Приятного чтения!
Автор рад читателям и комментаторам)