Они поступили в гинекологическое отделение с разницей в один день - Анжелика и Виктория. Две сестры, один диагноз на двоих - миома матки, размеры которой требовали лечения.
Виктории было на тот момент 42 года: замужем, есть ребёнок. Захотели второго, но миома не давала забеременеть.
Анжелике было 38 лет. Она только-только планировала устраивать личную жизнь, да так, чтобы сразу забеременеть. Для этого необходимо было расстаться с миомой.
Тогда в нашем регионе только-только появился такой метод лечения, как эмболизация маточных артерий.
Это малоинвазивная процедура, при которой, по сути, блокируют кровоснабжение миоматозного узла. Нет питания - нет роста, обычно миомы в разы уменьшаются после этой операции.
Задумка сестёр была хороша: они заняли платную двухместную палату и планировали, что та, которую возьмут на операцию раньше, будет впоследствии ухаживать за той, которой проведут процедуру на день позже. Ну, водичку там с тумбочки подать...
Характер у обеих был тоже один на двоих - на редкость отвратный. В первый же день совместного пребывания им не понравились части курицы, которые принесли на обед. У нас тогда уже была привозная еда, то есть в самой больнице не готовили. Пациентам выдавали, что кому попадётся: кому ножка, кому крылышко, кому ещё какая часть птицы. Вот сёстрам и не понравилось, что одной принесли голень, а другой - бедрышко.
На следующий день был общий обход с заведующей. На вопрос есть ли жалобы, женщины хором ответили, что их очень рано разбудили - в 6 утра. К слову, в тот день одной из них предстояла операция и требовались некоторые манипуляции.
Прооперировали их с разницей в сутки. План провалился: обе еле-еле вставали с кровати. К слову, эмболизация не является какой-то большой операцией, после неё через пару-тройку часов вполне уже можно вставать. Даже само место введения катетера - это не живот, а бедро. Но у нас было какое-то странное ощущение, что женщины между собой соревновались, кто себя хуже чувствует. Еле-еле доползали до туалета, однако исправно орали на санитарок, которые в 7 утра посмели у них в палате полы помыть. Кажется, не было ни одной медсестры, которой сестрицы не сказали, откуда руки растут. Молчали они разве что в присутствии своего врача - заведующей отделением.
Обычно пациенток после эмболизации мы выписывали на 3 сутки (сейчас и вовсе - практически на следующий день).
Но тогда сестры настолько убедительно изображали из себя болезных, что заведующая решила задержать их на пару дней. Кстати, за эти пару дней они успели разругаться между собой, и одна даже съехала в одноместную палату.
А на выписке, мне кажется, все сотрудники отделения им платочками махали, очень надеясь, что больше сестры не вернутся. По крайней мере, одновременно.
P.s.: забеременела в течение года одна из них, Виктория, у которой уже был ребёнок.