Найти в Дзене
ЮлиКо (Предпоследний приют)

Клубничные будни

Первая клубника созрела. Конечно, пока совсем мало. Но дети по 2-3 ягодки уже съели. Теперь изо всех сил стараются не поддаться соблазну пойти и сожрать зеленую. Фома причитает: - Мама, это так тяжело, так тяжело… Ужасно хочется клубники!.. Как ты думаешь, она там еще не поспела? Я объясняю, что за десять минут даже в райских садах клубника вряд ли поспевает. Но детская вера крепка, и вчера мальчишки неутомимо бегали проверять грядки. А ночью у Фомы заболело ухо, и о клубнике он уже не вспоминал. Зато Иван Владимирович возле клубники окопался - утаскивать приходится с воплями. Впрочем, у нас сейчас почти все с воплями происходит - такой возраст наступил. Иван не хочет быть в доме, ему нужны свежий воздух, свобода, новые впечатления и знакомства. Шланг отвлекает ненадолго - надо мальчику в люди ходить, в мир. Вчера после обеда он с папой гулял. Потом с мамой гулял. Потом опять с папой гулял. Потом пришел домой, доел кашу, которую не доел старший брат, и вырубился. И пофиг ему на жару

Первая клубника созрела. Конечно, пока совсем мало. Но дети по 2-3 ягодки уже съели. Теперь изо всех сил стараются не поддаться соблазну пойти и сожрать зеленую.

От нас не спрячешься.
От нас не спрячешься.

Фома причитает:

- Мама, это так тяжело, так тяжело… Ужасно хочется клубники!.. Как ты думаешь, она там еще не поспела?

Я объясняю, что за десять минут даже в райских садах клубника вряд ли поспевает. Но детская вера крепка, и вчера мальчишки неутомимо бегали проверять грядки.

А ночью у Фомы заболело ухо, и о клубнике он уже не вспоминал. Зато Иван Владимирович возле клубники окопался - утаскивать приходится с воплями.

Впрочем, у нас сейчас почти все с воплями происходит - такой возраст наступил. Иван не хочет быть в доме, ему нужны свежий воздух, свобода, новые впечатления и знакомства.

Сам еще гремит соплями, но по хозяйству все равно помогает.
Сам еще гремит соплями, но по хозяйству все равно помогает.

Шланг отвлекает ненадолго - надо мальчику в люди ходить, в мир. Вчера после обеда он с папой гулял. Потом с мамой гулял. Потом опять с папой гулял. Потом пришел домой, доел кашу, которую не доел старший брат, и вырубился.

И пофиг ему на жару, на мошку, на то, что у мамы с папой дела какие-то есть - будет стоять у калитки, колотить в нее кулаком и требовать - на волю, всех на волю!..

И ночью это не заканчивается.

Вот вчера они все вроде утолкались. Я сижу за компом на веранде с ведром вишневого мороженого, с распахнутыми окнами, слушаю ливень, слушаю гром, смотрю на молнии, дышу озоном, предвкушаю, как я щас напишу, как напишу что-нибудь эдакое, чтобы душа развернулась, чтобы до печенок проняло.

Но тут Иван Владимирович громко сообщает, что во время грозы место матери - рядом с младшим детенышем.

После двух безуспешных попыток я послушалась.

Вылезла из кровати сегодня в 4 утра. включила компьютер. Села.

Через пять минут на пороге появляется Иван. Смотрит на меня укоризненно и говорит:

- Мама!..

Все понятно, отвечаю, уже иду.

А книжки пусть Пушкин пишет. Ему положено.

P.S. Вообще удовольствие от писательства сильно преувеличено, должна вам сказать. По крайней мере, в моем случае, это все похоже на затянувшиеся роды - с каждым часом все муторнее и все сильнее хочется родить.

Буду тужиться дальше.

_____________

В Телеграм ходи.