Есть в Москве истукан. Памятник-ошибка. К нему мы сегодня и пойдём. Официально, памятник Петру I называется памятником «В ознаменование 300-летия российского флота». Хотя ничего общего с этой датой не имеет. Среди прочего и потому, что по незыблемым морским законам, Пётр Первый по воле скульптора Зураба Церетели празднует здесь победу над собственным флотом. Основание выполнено в форме ростральной колонны.
Тут история вот какая: когда римляне победили Карфаген, чтобы войска неприятеля не смогли никак помешать праздновать победу, галеры вытащили на берег и испортили им форштевень – это такой своеобразный хребет судна. Помните, в советских магазинах кассирша и продавец насаживали чеки на гвоздь на подставке? Вот приблизительно так и повредили галеры – насадили на кол. Получилось прелюбопытнейшее зрелище – стоят колонны из кораблей. С той поры и во все времена повелось, что ростры (то есть корабельные носы) являлись трофеями с вражеских кораблей, а поскольку в данном случае каждый ростр увенчан Андреевским флагом, получается, что император одержал победу против собственного флота!
С самого начала памятник вызвал практически единодушное отторжение в кругах общественности и архитекторов. И даже однажды вошёл в список самых уродливых строений мира, заняв там десятое место. За прошедшие почти два десятка лет устраивались акции протеста, собирались пожертвования для демонтажа, было даже покушение на идеолога русского флота – пытались взорвать. Но воз и ныне там. Памятник до сих пор остаётся для москвичей одним из символов правления экс-мэра столицы Юрия Михайловича Лужкова. Хотя в последнее время всё чаще говорят, что то, что нельзя полюбить – к нему можно привыкнуть. Интересно, быть может, на то и был расчёт?
Хотя ошибка с рострами – не единственная.
Памятник показывают во время экскурсии «Неприличная Москва»: со стороны Остоженки в створе переулка весьма скабрезно смотрится некорректно размещенный на памятнике эфес шпаги с гардой. Кстати, шпага не боевая, а парадная, образца 15-16 века. Такие носили в Испании и Португалии. А любимым оружием Петра Великого был палаш. Палаш – это рубяще-колющее клинковое холодное оружие с широким к концу, прямым и длинным (до 100 см) клинком, который может иметь двустороннюю (ранние образцы), но чаще – одностороннюю или полуторную заточку, со сложным эфесом; прямая сабля с изогнутой рукоятью и утяжелённым концом клинка. И чтобы можно было достать его из ножен, сидя на коне, болтался он где-то посередине бедра, а конец волочился по полу. Одежда у памятника тоже соответствует совсем не российской моде Петра Великого. Скорее такие одеяния можно было застать при дворе Мануэла I. Ну и наконец – посмотрите на прекрасные войлочные тапочки первого российского императора: такие носили в Венеции купцы, чтобы от мраморных полов не страдали суставы. В общем, сходите – убедитесь.
Фото: istockphoto.com