Вердикт французской академии наук, гласящий, что «камни с неба падать не могут, потому что на небе нет камней» стал притчей во языцех и одним из краеугольных камней идеологии воинствующего невежества. Универсальным доводом, позволяющим отмести любые возражения научного толка. Но сколько правды в этой легенде?
Если иметь ввиду выражение, ставшее крылатым, то легко заметить, что тон его отнюдь не академический, и цитатой из некого официального «вердикта» оно быть не может, – это ясно. Сей вывод, конечно, хорошо было бы подтвердить цитатой из вердикта подлинного, но… Тут нюанс. Его просто не существует. Да и не могло существовать. Академия – не суд. Никаких «вердиктов» она не выносит и выносить не может.
Остаётся теперь понять, что вообще легло в основу легенды. Речь, вероятно, о заключении сделанном назначенной Академией комиссией (в состав которой входили геологи, знаменитый химик Лавуазье, но ни одного физика) для расследования сообщения о падении «небесного камня» на крестьянское поле в 1762 году. Заключение это слишком многословно для цитирования, как и положено, написано сухим официальным языком, не содержит, само собой, ставшей крылатой фразы, но – кратко смысл его можно передать, именно, как «камни с неба падать не могут».
Изучены две гипотезы о происхождении «небесных камней» — о конденсации из атмосферы под воздействием молнии и о вулканическом их происхождении. Обе гипотезы признаны несостоятельными, а вопрос о «небесных камнях» — требующим дальнейшего изучения.
Комиссия, действительно, провела большую и добросовестную работу, совершив, кстати, несколько открытий. В том числе, в составе метеорита были отмечены хондры. И значительная примесь серы, на основании наличия которой был сделан вывод, что камень подвергался лишь краткому нагреву. Оплавленная корка, покрывавшая метеорит, была воспроизведена экспериментально, – с помощью подрыва порохового заряда…
В результате, комиссия смогла убедительно опровергнуть вулканическое происхождение камня. Версия «конденсации» (из воздуха, под воздействием электричества) упоминается, скорее, для проформы. Аристотелева физика, допускавшая такие метаморфозы, в конце XVIII столетия уже не воспринималась всерьёз. Версия же космического происхождения камня… не рассматривалась вообще. Её никто ещё просто не выдвинул.
В сухом же остатке заключение комиссии гласило, что найденный крестьянами камень совершенно точно не является вулканической бомбой (на тот момент иных гипотез о происхождении метеоритов не было). Ибо порода (хондрит) точно не вулканическая. Учёные пришли к выводу, что раз уж камень не падал (откуда бы?) сообщение крестьян о «падении» камня, скорее всего, объясняется ударом молнии в кусок породы с высоким содержанием железа.
В дальнейшем, основываясь на этом заключении, французская Академия Наук действительно решила не рассматривать сообщения о падении камней с неба, – если они основаны на свидетельствах лиц некомпетентных. Не рассматривать, – в смысле, не собирать на основании слухов о «чуде» новые комиссии для расследования падений. Вопрос же о происхождении метеоритов, – а они сильно отличаются от земных горных пород, – остался открытым, и продолжал исследоваться химиками и геологами.
Скептическое отношение Академии к небесным камням изменилось в начале XIX века, – с появлением гипотезы космического происхождения метеоритов, в тот момент трактовавшихся, как фрагменты «минилун».