В кулуарах Петербургского международного юридического форума глава Федеральной службы судебных приставов Дмитрий Аристов сообщил, что ведомству удалось взыскать с американской компании Google значительную часть наложенного на нее штрафа в 30 млрд рублей. Это справедливо. И важно отметить, что истинная причина ужесточения цифрового регулирования в мире одна. Но кары за нарушения в этой области в РФ до сих пор много мягче, а их обоснование — гораздо честнее, чем в западных юрисдикциях.
Сколько удалось «отжать» у Google, Аристов не уточнил. Зато известно, что суммы штрафов к цифровым гигантам в Евросоюзе (ЕС) и США на порядок больше. Еще в 2018 году ЕС оштрафовал Google на 5 млрд $. Причины штрафов, в основном, иные: монополизация рынка и незаконная обработка персональных данных. Все новые факты нарушений иллюстрируют верность давней гипотезы о том, что цифровое регулирование меньше всего касается защиты прав, свобод, равных возможностей, данных и неприкосновенности личной жизни людей. Оно и не о деньгах. На кону — власть.
Британский план цифрового регулирования оказался неприлично похож на требования властей РФ, закрепленные в «законе Яровой», который начал действовать в 2018 году и привел к малоэффективной блокировке мессенджера Telegram. Идентичность поводов и мер в текущей обстановке тотальной конфронтации удивляет только невнимательных, ленивых умом и наивных медиаобозревателей. Еще неожиданнее выглядит для них недавняя инициатива Евросоюза, почти дублирующая закон «о приземлении» зарубежных ИТ-компаний, действующий в России с июля 2021 года.
Европейцы уже начали карать цифровой крупняк и за отсутствие цензуры. Немыслимое дело для западных демократий! Это дает основание для злорадства некоторым российским медиаперсонам, чиновникам и депутатам. Но это лишь игра на публику.
На неделе произошел очередной крупный скандал из-за цензуры в Twitter. Соцсети пришлось удалить контент по требованию властей Турции накануне президентских выборов. Американская «либшиза» набросилась на Илона Маска, обвиняя в лицемерии, ведь он обещал защищать свободу слова и бороться с цензурой.
В ответ Маск объяснил, что его выбор логичен: между блокировкой соцсети в крупной мусульманской стране и удалением небольшой части контента он выбрал второе. Сразу после покупки Twitter Маск обещал соблюдать законодательство других стран в области модерации контента. Как бы то ни было, турецкий гамбит Маска создал прецедент успешного давления на силы определенного толка.
В ЕС от него требуют удалять контент, который будет признан незаконным в любой из 27 стран блока. Иначе соцсети грозит штраф до 6 % от местной годовой выручки. А в Британии регулирование еще жестче: здесь угрожают тюремным сроком владельцам соцсетей, которые не будут цензурировать контент в угоду официальной позиции Лондона. Штраф может доходить до 10 % от локального оборота. Прецедент в Турции позволяет закручивать гайки Twitter еще смелее!
Власти КНР, США, ЕС, Англии, РФ и прочих юрисдикций обеспокоены, прежде всего, риском утраты власти над цифровыми платформами, технологической необходимостью делиться ею с новыми инфогигантами. Суть этой борьбы та же, что в пору войн европейских монархий с Ватиканом, российских императоров с РПЦ, третьего сословия в Европе за Реформацию, а потом — всего западного мира против нее.
Просто у каждой власти свои лозунги. У китайской — коммунистические (богатство и средства производства для всех), у англосакской — рыночные (защита конкуренции и права индивидуума), у российской — государственнические (защита граждан от бизнеса, безопасность их и государства). Сути это не меняет. Разве что лозунги в России — самые откровенные и честные.