Глава 5.
Бедная ты наша девочка! Не сумели мы тебя отговорить! Ты бы видела, что у Нефедовых творится! Мрак! И Генка туда же! Ну и ладно, сам виноват! Разводитесь, правильно ты решила.
- Да уж, натерпелась, хватит. Ну его! Мам, пап, я же вам подарки привезла. Сама шила, - говорила Настя, вынимая из сумки обновки. Мария Сергеевна просияла, прижала к груди платье, сшитое руками дочери.
- Спасибо, солнышко! Какая расцветка нежная! Золотые руки у тебя, дочка!
- Да ты померь! Вдруг не подойдёт?
- Что ты? Я же вижу, что как раз. Я потная вся, убиралась во дворе. Вот в баньке вымоюсь, тогда и примерю.
А Александр Николаевич схватил брюки, сшитые Настей из васильковой сорочечной ткани, ушел в спальню и вышел уже в обновке.
- Ой, пап, как красиво! Не жарко будет летом! Хоть куда пойти можно, правда?
Отец встал перед зеркалом, поворачиваясь так и эдак, оглаживая себя руками и довольно улыбаясь. Подошёл к дочери, обнял ее и расцеловал в щеки.
- Вот, угодила, дочурка! Именно о таких брюках я и мечтал. Легонькие, нарядные! Буду теперь форсить в них все лето! Я ведь не мать, я до бани не утерплю, чтобы не надеть.
- Ты молодец, папочка! И мама могла бы примерить! Ну, ладно, подождем...
Настя была рада, что угодила родителям, но вид у нее был болезненный. Тёмные круги под глазами, бледность беспокоили отца и мать.
- Отдохнула бы ты, Настенька! Иди в свою комнату, полежи, а то смотреть на тебя страшно.
- Да, я сегодня не спала совсем. Пойду, полежу полчасика
Она ушла в свою комнату. Здесь ничего не изменилось, только обои новые. Узкая девичья кровать, полка с любимыми книжками над ней, письменный стол, шкаф с одеждой, кружевные занавесочки. Как на машине времени Настя переместилась в свое счастливое детство, где не было пьяницы мужа, а мама с папой были такими красивыми и молодыми! Она сняла с себя платье, повесила на спинку стула, разобрала кровать, легла на белоснежную простынку, укрылась лёгким пледом, обняла пушистую, как облачко, подушку и заснула, как в детстве, безмятежно и крепко.
Тихонько открылась дверь, показалась рыжая усатая мордочка. Это явился с гулянки родительский кот Рыжик. Он бесцеремонно увалился рядом с девушкой и включил свой мурчащий моторчик. Как хорошо! Никуда не не надо идти, никого искать по кустам! Спи, Настенька! Набирайся сил, они тебе пригодятся!
День клонился к вечеру. Тени от акации вытянулись до дороги. А Настя все спала. Родители говорили шепотом, ходили на цыпочках. Пусть дочка отдохнёт. А где ее ещё пожалеют, как не в родном доме?
- Ты знаешь, Саша, а я рада, что Настя решилась на развод! Даже на душе стало спокойнее.
- Ага, я вижу, как ты рада! Второй раз уже корвалол пьешь! Конечно, Машенька, дочку жалко, нет сил! Что ее ждёт в Крупянске? Генка, наверное, друзей навёл в дом твоей матери. Если что, сам поеду его выпроваживать. Ишь, окопался, захребетник!
А в Крупянске было вот что... Соседка Клава, как просила ее Настя, вечером отправилась к Нефедовым кормить Мурку. Вопреки ожиданиям, застала Геннадия протрезвевшим, напуганным каким-то. До него дошло, что жену он, скорее всего, потеряет. Геннадий сидел за столом уже несколько часов, как окаменевший, вцепившись в волосы руками, перебирая в памяти всю свою жизнь и с Настей, и до нее. Как он докатился до такого скотского состояния?
А тут ещё тетя Клава нарисовалась с минтаем, завёрнутым в клочок бумаги.
- Здорово живёшь, соседушка! Что пригорюнился? Я вот Мурке рыбку принесла. Вы без хозяйки голодные, поди, сидите! Сам-то ел?
- Да не лезет мне в горло ничего, теть Клава. Настя пирожков мне оставила, полная кастрюля. Ни одного не съел. А Мурка пусть мышей ловит, разбаловалась барыня толстозадая!
Мурка обиженно фыркнула на хозяина, подошла к соседке, унюхав запах рыбы, и начала тереться об ее ноги.
- На, Мурочка, кушай рыбку! Вот, на блюдечко тебе кладу! Ешь! - Клавдия Семёновна погладила Мурку по пушистой голове и снова повернулась к Генке.
- Я бы на месте твоей Насти не только пирожков, баланды никакой тебе не оставила. Как тебе не стыдно, Гена? Такая жена тебе досталась: и красивая, и умная, и работящая! Жить бы да радоваться! А ты что творишь? - отчитывала Генку соседка, заправляя волосы со лба под косынку
- Знаю я, теть Клав! Поделать ничего с собой не могу! Прямо как бесы меня подбивают выпить чуток. Только ко рту поднесешь стакан и все, понеслась душа по кочкам!
- А ты в город поезжай, Гена. Там кодируют от пьянки, говорят, в наркологии.
Так я и сделаю, Клавдия Семёнова! В понедельник и поеду, послезавтра. Спасибо вам за совет. Может быть, не совсем я пропащий?
Настя проснулась уже под утро, проспала полсуток. Но бодрости от этого затяжного сна не чувствовала. В висках стучало, в горле першило. Неужели заболела? Расслабилась в родительском доме? Она встала и тихонько пошла на кухню. Нагрела чайник, налила в стакан кипятка, зачерпнула в солонке ложку соли, размешала, подождала, когда остынет, и начала полоскать горло, закидывая голову назад, как учила ее бабушка Настя.
В дверях показалась мать в ночной сорочке и шлепанцах. Ее разбудили эти булькающие звуки.
- Что такое, Настенька? Горло заболело?
Она подошла к дочери и прикоснулась губами к ее лбу.
- Да ты горишь, дорогая моя! Ну-ка, давай иди в постель. Вот тебе градусник. Ложись. Сейчас я принесу тебе лекарство.
Мария Сергеевна достала из шкафа малиновое варенье, налила в бокал крепкого чая.
- Бог даст, не расхворается дочка! Организм молодой. Справится.
- Давай посмотрим, сколько ты нагрела! - 38°! Давай-ка пей чай с малинкой и спи.
День уже был в самом разгаре, когда Настя проснулась во второй раз. Малина и соляное полоскание помогли, и она чувствовала себя получше. Разбудил ее звонкий голос Любы Соловьевой. Она рассказывала Марие Сергеевне что-то веселое. Хоть и старалась потише говорить, но постоянно срывалась. Настя подала голос и не узнала его. Из горла вырвался какой-то хрип. Любаша услышала, что ее зовут и нырнула в комнату Насти.
- Ну, ты даёшь, подруга! Чего это ты выдумала? Заболеть решила среди лета? Давай не разлеживайся тут. Знаешь, кого я сейчас встретила в магазине? Ни за что не догадаешься! Женьку Привалова. Красавец такой стал! Помнишь, какой он был в десятом классе. Глаза в очках, как у совы, тощенький.
- Как я могу помнить, когда я в педучилище училась в это время?
- Ах, да! Точно. Так вот, он в аспирантуре учится. Будет крупным учёным, биологом. Холостой, между прочим!
- Да, помнишь, он все бабочек и жуков ловил? Гербарии делал. Ботаник - одним словом. Неужели он на мужика стал похож? - просипела Настя.
- Ещё как! Если бы я не была замужем, охмурила бы его запросто!
- А, может быть, ты не в его вкусе?
- Постаралась бы соответствовать. Только у меня Виталька имеется. Так вот, Женька сказал, что хочет созвать наших и устроить вечер встречи через неделю. Попробуй отвертеться! Выздоравливай, отлеживайся и пойдем с тобой с одноклассниками встречаться.
- Не знаю, Люб! Как получится... У меня такая беда! Не до встречи мне.
- Ну, ты и мямля, Настёна! Не хочу ничего слышать, никаких отговорок. Назло своему козлу Генке пойдешь! Сама говорила, что в отпуске. Вот и я в отпуске, и Женька тоже. Да, мы такое веселье организуем, что все ахнут в нашем Суходоле!
- А как же Генка? Его тоже надо звать?
Продолжение:
Начало: