«Предлагаем эффективную программу по лечению ожирения», – это объявление я увидела, когда выбирала, куда бы поехать в отпуск. «Надо же такую чушь написать!» – подумала я...
Действительно, какая нормальная женщина, пусть и отягощенная лишними килограммами, признается, что у нее ожирение? Нет чтобы написать: эффективная программа похудения – у них бы от желающих отбоя не было. Вот что касается меня лично, никогда в жизни не поеду в санаторий, где меня априори считают жирной. Да, я не трепетная газель, но ведь и не корова!
Я выключила компьютер и включила телевизор. А чем еще заняться вечером после работы? Любимого у меня нет, на свидание последний раз приглашали почти год назад...
Грустно, конечно, но ведь и у худышек бывают периоды «застоя» в личной жизни. Правда, у меня этот застой слишком уж затянулся...
На следующий день пришла домой с черными от потекшей туши щеками. В метро случайно толкнула одну даму (кстати, тоже не дюймовочку), а она обозвала меня бегемотихой. И ни один человек в вагоне не заступился, не сказал: мол, девушка не такая, она просто пухленькая. Неужели все пассажиры были согласны с той склочной теткой и тоже считают, что я бегемотиха?! Подошла к трюмо. В люстре – три стоваттные лампочки, поэтому отражение правдивое и безжалостное. Может, и не бегемотиха, но... ухоженная буренка мясной породы! Где же этот сайт с объявлением? Решено! Еду в санаторий лечить ожирение, а то так можно и до старости одной прокуковать. Санаторий находился в Рязанской области, а путевка туда стоила, будто на Гавайи. Ну ладно, деньжат можно будет у подруг перехватить, главное – чтобы результат был. Через три недели вернусь вся из себя такая стройно-звонкая. И зеркало сразу станет ко мне добрее, и ни одна злобная тетка не посмеет больше обозвать меня!
Условия проживания в санатории оказались практически королевскими. Номера на одного, в каждом – кондиционер, телевизор... А вот холодильника почему-то не было!
Распаковав вещи, я спустилась вниз, на ресепшен: «Девушка, а когда тут у вас ужин?» Она посмотрела на меня таким взглядом, будто я спросила, где можно взять напрокат бензопилу.
– Ужин режимом не предусмотрен, а полдник вы уже пропустили. Можете в нашем киоске купить минералки...
«И пару пирожков», – вожделенно подумала я, и отправилась к киоску.
Тот был забит всякой сувенирной мелочевкой, но ничего съестного, только минеральная вода без газа.
Есть, между тем, хотелось смертельно. Собиралась я второпях, перед поездом поужинать не успела, а два «дорожных» бутерброда сжевала еще утром. Но порой обстоятельства бывают сильнее нас. Поплелась обратно в номер – хоть телевизор посмотрю. Дверцы уже начали закрываться, и тут в самую последнюю секунду в лифт заскочил какой-то парень.
«Привет!» – улыбнулся мне.
«Привет!» – ответила я, а про себя подумала: «Что этот атлет делает в заповеднике для толстяков?» – А зачем вам худеть? – помимо воли вырвалось у меня.
– Не знаю. Но тренер велел срочно сбросить несколько килограммов.
– И давно вы здесь?
– Сегодня утром приехал. И чувствую, долго на здешних харчах не протяну...
И тут у меня самым позорным образом заурчало в животе. Я была готова от стыда сквозь землю провалиться, но парень понимающе кивнул:
– Точно! У меня целый день с голодухи та же мелодия играет. Может, нам не стоит так грубо насиловать свой организм и все-таки устроить легкий ужин, как вы считаете?
– У меня только... вот, – я подняла повыше бутылку с минералкой.
– А у меня в номере есть кое-что. Только тсс... – он понизил голос до шепота и прижал палец к губам. – Здесь за хранение еды в номере срок дают больше, чем за оружие и наркотики. Ну что, идем?
«В номер к незнакомому мужчине? Ни за что! Никогда!» – подумала я, но в животе снова заурчало, причем еще громче прежнего, поэтому вслух я сказала: «Пошли!»
Наш с Максимом (так звали атлета) преступный ужин состоял из палки финской салями, почти свежего лаваша и двух помидоров. На десерт заточили большую шоколадку. Жить сразу стало лучше и намного веселее.
– Спасибо, что спас от голодной смерти, – сказала я, поднимаясь с кресла.
– «Не очень-то вежливо уходить из гостей сразу, как только ты наелся...», – улыбнулся Макс.
– «...но вслух он этого не сказал, потому что был очень умный Кролик», – закончила я цитату из «Винни-Пуха».
От того, что мы в детстве читали одни и те же книги, на душе стало как-то тепло и светло. Хороший он парень, этот Максим, и худеть ему, в отличие от меня, абсолютно не нужно!
Он, словно подслушал мои мысли, потому что вдруг заговорил о том же самом, только... наоборот!
– Как на мой взгляд, так тебе совершенно не нужно худеть! Мне вообще всегда нравились слегка пышные девушки, а ты... Ты – просто настоящая красавица!
– Хм... Ты, случайно, не извращенец?
– Это у тебя заниженная самооценка!
Мы проболтали почти три часа, потом я решила, что приличия уже позволяют мне уйти, и ушла. Хотя, если честно, мне совсем не хотелось расставаться с обаятельным новым знакомым.
На следующее утро мы встретились в тренажерном зале. Максим играючи таскал «железо», а меня тренерша усадила на велотренажер, с выставленной программой «В гору».
По моим подсчетам, я успела забраться на Эверест, пока она не сказала: «На первый раз хватит». Крепатура была такой жуткой, что думала, не дойду до столовой. Но голод не тетка, доплелась все-таки. Хотя вполне могла остаться в номере, потому что на завтрак нам дали по горстке несоленого риса и по микроскопическому кусочку такой же пресной рыбы.
– Ну что, съедобно? – спросил Максим, усаживаясь напротив.
– Нет, – ответила честно.
Он быстро огляделся, достал из кармана спичечный коробок и посыпал наши порции каким-то белым порошком.
– Мышьяк? – с улыбкой поинтересовалась я. – Или цианид? Чтобы долго не мучиться?
– Не угадала. Но тоже яд. Короче, белая смерть.
Приправленную солью еду мы проглотили в мгновение ока.
...Прошел день, второй, третий... Убийственные тренировки, массажи, крошечные порции, голодное урчание в животе... Нет ничего удивительного, что к концу первой недели у меня началась самая настоящая депрессия.
– Мне все время хочется плакать, – призналась я Максиму.
– Худые – они всегда пессимисты. А ты уже почти худая!
– Придумал тоже! – отмахнулась я. – Похудела всего на четыре кило, а нужно на...
– Да не надо тебе худеть, Лен! Совсем! – горячо воскликнул он и добавил, уже тише: – Если, конечно, для тебя мое мнение что-то значит...
В тот день мы нарушили сразу два строжайших запрета: во-первых, сбежав из санатория в самоволку, поужинали в ресторане, а во-вторых, провели ночь в одном номере.
Можете мне поверить, это была фантастическая ночь!
Первая из последующих семисот таких же незабываемых ночей.
Да-да, мы с Максимом уже почти два года как женаты, и муж до сих пор не устает повторять, какая я красавица!
