Прошло ровно 27 лет с того момента, как у с.Бамут пал от рук боевиков рядовой Пограничных войск РФ Евгений Александрович Родионов (1977-1996).
Имя Героя героя известно нам всем. О Евгении написано огромное количество публикаций, а сам он особо почитаем среди православных граждан.
Но в этот день, 23 мая, хочется рассказать не только о нём, но о его родной маме Любови Васильевне, которая совершила настоящий подвиг и нашла своего сына, несмотря на всю опасность той войны.
"ВАШ СЫН - ДЕЗЕРТИР"
Всё началось в феврале 1996 года, когда в дом Александра Константиновича и Любови Васильевны пришла телеграмма, в которой рассказывалось, что их сын Евгений самовольно оставил воинскую часть.
Мама понимала, что это всё не может быть правдой. Евгений не мог стать дезертиром и сбежать. То же самое думали и земляки солдата, которые знали его как добросовестного и порядочного парня. Что-то случилось.
Вскоре в дом с обыском пришли милиционеры и работник военкомата. Между Любовью Васильевной и войсковой частью началась мучительная переписка, в которой женщина убеждала командиров - это какая-то ошибка.
Осознав, что только она может найти Евгения, мама Героя решила ехать в Чечню. К этому моменту уже тяжело заболел Александр Константинович, который позже так и не справился с потерей сына. Он не смог поехать, поэтому в конце февраля 1996 года Любовь Васильевна выехала на чечено-ингушскую границу одна.
На далёкой земле женщину встретили неприветливо. Командир части, в которой служил Евгений, признал при встрече, что солдат взят в плен, однако не поинтересовался вопросом о том, как Любовь Васильевна добралась и какие трудности она испытывает сейчас.
"Все было против них (прим. - военнослужащих ВС РФ). Они были разуты, раздеты. Нормального оружия не было. Мы были не готовы ни к какой войне. Самое ужасное - это то, что все были против них. Только ленивый их не оплевывал. Это было настолько обидно и больно.
Вот это меня заставило нарушить клятву, данную бандитам, и рассказать всю правду. Потому что невозможно было с этим мириться. Я же знала, что там происходит..."
(Из интервью Л.В.Родионовой)
В "Комитете солдатских матерей" также не оказали поддержки. Зато правозащитник Сергей Ковалёв, известный по своему обращению к военнослужащим о сдаче в плен, накричал на женщину с вопросом:
"Зачем ты пришла ко мне?..."
Руку помощи протянула Любовь Герасимовна Мелихова, чей сын являлся пропавшим без вести, а также настоятель храма в ст.Асиновская, отец Василий. Именно их первые советы помогли женщине справиться в её тяжелом пути.
Поиск сына растянулся на долгих девять месяцев. Взятые с собой деньги быстро закончились, поэтому Любовь Васильевна устроилась работать в гостиницу для генеральского состава.
"На эти деньги я потом могла поехать, а не пешком идти. Когда приехала, у меня ни копейки не было. Девять месяцев… Это сколько нужно взять денег с собой, чтобы прожить столько времени?! Да, работала..."
(Из интервью Л.В.Родионовой)
Одна поездка за другой. Многочисленные встречи с командирами боевиков. Два раза мама Героя была в лагере у Хаттаба, где прожила всего около месяца. Там же ей удалось случайно сфотографироваться с главарём - полученный снимок стал "пропуском" для дальнейшего поиска.
Однако не всегда удавалось найти контакт с боевиками. После разговора с Ш.Басаевым 2 апреля 1996 года женщину сильно избили:
"Это правда. Сейчас с годами начались осложнения. Но разве в этом дело? Дело в другом. Надежда меня вела. Я надеялась. А по минным полям я пошла, когда выкапывать сына нужно было. Тогда уже терять было нечего. Уже было все равно..."
(Из интервью Л.В.Родионовой)
Долгие месяцы она собирала информацию по крупицам, объездила огромное количество населённых пунктов с фотографиями сына, которые раздавала местным жителям в надежде, что это поможет.
Помогло - в одном из аулов Любови Васильевне сказали, что Евгения надо искать в Бамуте.
"НЕ ПЕРЕЖИВАЙТЕ, МАМА. ОБЯЗАТЕЛЬНО НАЙДЕМ..."
"В то время каждый боевик, взявший в плен заложников, был хозяином этих заложников и никого не слушал. Много раз я слышала, как лично Масхадов говорил Руслану Хойхороеву и Гелаеву: "Отдайте ей сына, если он у вас!" - на что они отвечали: "Командуй у себя в Грозном, а в Бамуте мы хозяева!" И очень долго я ничего не могла сделать".
(Из интервью Л.В.Родионовой)
Так Любовь Васильевна встретилась с тем самым Русланом Хайхороевым. О том, что именно он брал в плен Евгения, мама солдата узнала в сентябре.
Всего к боевику женщина приезжала 17 раз, и во время каждой встречи тот менял условия. В одной из поездок ей помог представитель ОБСЕ Ленард, который не дал главарю расправиться с женщиной.
"Мы выполнили кучу условий. Освободили из СИЗО нескольких человек. 17 раз на торговлю я ездила одна, и один раз со мной был Вячеслав Пелепенко. Как раз в ту ночь..."
(Из интервью Л.В.Родионовой)
В конце концов Хойхороев признался во всём, сказав, что попавшие в плен бойцы пытались бежать. У них был выбор поменять веру, но они "отказались стать нашими братьями..". После этого боевик через своего посредника привёл маму Евгения к окраине Бамута - огромному участку 100 на 100 метров, где и находился её сын.
Находившиеся рядом с женщиной солдаты пытались утешить её, говоря, что они обязательно найдут Евгения. И они нашли его ближе к полуночи...
"ВОЗВРАЩЕНИЕ ДОМОЙ"
Денег, чтобы привезти сына и вернуться домой, у Любови Васильевны не осталось. Офицеры воинской части не помогли в возвращении Евгения, поэтому мама обратилась к зам.директора Федеральной пограничной службы РФ Николаю Бордюжа.
Однако помог он только после того, как женщина лично встретилась с ним, а также сидящими в кабинете офицерами.
"Посмотри, во что вы меня превратили. Вы забрали у меня молодого здорового сына. Теперь вы говорите, что искали его. Это я его искала и нашла..."
После возвращения домой Любовь Васильевна много выезжала на Северный Кавказ, чтобы помочь военнослужащим ВС РФ. Она и сегодня участвует в поддержке бойцов, которые выполняют боевую задачу.
Крестик Евгения стал настоящий реликвией, но самое главное то, что жива память о бойце - о Евгении Родионове, чьё имя почитаемо и хранимо как сослуживцами Героя, так и простыми гражданами нашей страны.
"У отца Александра Шаргунова какое-то время хранился крестик Жени. Потом я его взяла, поскольку стали приезжать люди с войны. Хотели приложиться. Но в храме свои правила. Выносили только в воскресение - как святыню. Я посчитала, что это неправильно. Потому что человек с фронта, и ему нужно именно сейчас.
Крестик был в Сирии, на Донбассе, в Крыму, в госпиталях"
(Из интервью Л.В.Родионовой)
СПАСИБО ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ТОВАРИЩ!
Прошу оценить материал лайком и комментарием, а также поделиться прочитанным в соц.сетях! Буду признателен, если Вы изучите другие публикации и видеоролики канала "Зеленая книга".