Итак, анализ терминология нормативно‑правового опуса, вышедшего из недр НБУ, проведён. Этот анализ достаточно важен, поскольку исследуемый нормативно‑правовой акт построен именно на указанных определениях. Такую особенную терминологию для отдельно взятого нормативно-правового акта, разумеется, делать было вовсе не нужно, но пижонская традиция предписывать всё и вся, включая значения слов и правописания их даже в чужом языке — неизменный атрибут людей с комплексами «младшего брата».
(В своё время под чутким руководством В.А. Ющенко именно НБУ устанавливал своим нормативным актом то, как именно должно писаться наименование украинской валюты не только на украинском, но даже и на русском или английском языках. Получилось это так: русский — гривня, а английский — hryvnia. От себя замечу, что многие мои англоговорящие знакомые читали подобное с превеликим трудом и тихо давались диву, а в русском языке возникали явно нежелательные ассоциации, поскольку суффикс «‑н‑» в сочетании с окончанием «‑я» во многих существительных, — конечно, не во всех! — как раз в русском языке, имеет пренебрежительное значение: брехня, болтовня, мазня, пачкотня, толкотня)
Проведя указанный критический анализ терминологии, анализ, к которому время от времени приходится возвращаться, дополняя и углубляя его, сотрудник, которому поручалась эта работа, приступал к анализу использования терминов в предписывающих нормах.
1.3. Випуск електронних грошей в Україні мають право здійснювати лише банки (далі — банки-емітенти).
1.3. Выпуск электронных денег на Украине имеют право осуществлять только банки (далее — банки-эмитенты).
Вот — первая ограничивающая статья. Но обратите внимание, что в ней правовое ограничение связано исключительно с термином «выпуск электронных денег», а последний, как мы уже видели, имеет два изъяна: во-первых, изъян, описанный в комментарии к самому термину «выпуск...», а во-вторых — изъян, следующий из определения «электронных денег».
1.4. Банк-емітент веде окремий облік коштів, які надходять від держателів, загальною сумою на рахунку банку-емітента та окремо за кожним видом електронного пристрою.
1.4. Банк-эмитент ведёт отдельный учёт средств, которые поступают от держателей, общей суммой на счёте банка-эмитента и отдельно за каждым видом электронного устройства.
Поскольку не всякий пользователь, как мы видели, является держателем, то возникает законный вопрос: «А как должен учитывать банк-эмитент средства, поступающие именно от пользователей, которые не суть держатели?» Или вообще они учитываться не должны? Ну, ну!
Любопытно, что эта норма не поясняет — о каких, собственно, средствах («коштах») идёт речь: об электронных деньгах или о деньгах каких-то иных. Правда, устанавливается фактически порядок, в соответствии с которым отдельные внутренние счета в банке-эмитенте связаны не с субъектами, а, как это ни странно — с объектами и при том при всём только в том случае, когда этим объектом является «электронное устройство», определение которого довольно странным образом дано ранее.
1.5. Операції з електронними грошима здійснюються банками-емітентами та держателями відповідно до вимог цього Положення, інших нормативно-правових актів Національного банку, правил, установлених банками-емітентами та платіжними організаціями внутрішньодержавних або міжнародних платіжних систем, а також умов укладених договорів.
1.5. Операции с электронными деньгами осуществляются банками-эмитентами и держателями в соответствии с требованиями этого Положения, иных нормативно-правовых актов Национального банка, правил, установленных банками-эмитентами и платёжными организациями внутригосударственных и международных систем, а также условиями заключённых договоров.
В этой норме имеется, по меньшей мере, пара изъянов:
1) не дано определения понятию «операция»,
2) под указанную норму никак не попадают те из пользователей, которые не являются держателями согласно определению, данному ранее и откомментированному нами.
2. Вимоги щодо здійснення випуску електронних грошей
2. Требования к осуществлению выпуска электронных денег
Вот как раз начиная с этого места от сотрудника требовалось полное внимание к ранее произведённым критическим комментариям.
2.1. Банки мають право здійснювати випуск електронних грошей, виражених лише в гривнях, за винятком випуску наперед оплачених платіжних карток.
2.1. Банки имеют право осуществлять выпуск электронных денег, выраженных только в гривнах, за исключением выпуска заранее оплаченных платёжных карточек.
Конструкция нормы построена в таких выражениях, что допускает, по крайней мере, двойное толкование:
1) Банки вообще не имеют права осуществлять выпуск электронных денег с предварительно оплаченными платёжными карточками;
2) Банки имеют право выпускать электронные деньги в предварительно оплаченных карточках не только в гривнах.
Есть сильное подозрение, что это двойное толкование заложено преднамеренно — для того, чтобы иметь в зависимости от желания возможность репрессии в отношении банка путём истолкования нормы по «узкому» варианту. Для соблюдения юридической безопасности было установлено, что при создании конструкций должен приниматься во внимание прежде всего худший из вариантов толкования. В данном случае это вариант «узкого» толкования.
Можно также обратить внимание, что под некое исключение, — правда, под исключение, как мы видим, невесть к чему именно, — попадают те карточки, которые (именно карточки! — так в тексте) заранее оплачены. Между тем, достаточно понять, что существует разница между ценой карточки и той суммой, которая за ней записана, чтобы...
2.2. Банк-емітент зобов'язаний забезпечити, щоб сума випущених ним електронних грошей не перевищувала суму готівкових або безготівкових коштів, отриманих від фізичних та юридичних осіб під час здійснення випуску електронних грошей.
2.2. Банк-эмитент обязан обеспечить, чтобы сумма выпущенных им электронных денег не превышала суммы наличных или безналичных средств, полученных от физических и юридических лиц во время выпуска электронных денег.
Тут содержится слабая попытка удержать эмиссионно-кредитный мультипликатор эмиссии электронных денег на уровне «2», то есть, насколько я понимаю, мыслилось, что количество выпущенных в обращение «электронных денег» не может быть более общего количества денег, эмитированных самим Национальным банком Украины. Однако если иметь в виду, некорректное определение термина «выпуск электронных денег», то цели подобного рода эта норма достичь не в состоянии, а учитывать цели Национального банка Украины, которые он не смог отразить в своём нормативно-правовом акте, кто бы то ни было, кроме самого него, в своей деятельности не обязан.
2.3. Електронні гроші є випущеними з моменту їх завантаження банком-емітентом або уповноваженою ним особою на електронний пристрій, що перебуває в розпорядженні користувача.
2.3. Электронные деньги являются выпущенными с момента их загрузки банком-эмитентом или уполномоченным им лицом на электронное устройство, находящееся в распоряжении пользователя.
Замечательная норма, отличающаяся тем, что, например, загрузка информации на соответствующее устройство (надо иметь в виду при этом, что под устройством понимается нечто, что охватывает, как мы видели, вообще-то не все носители информации) ещё не есть эмиссия, эмиссией это действие становится только тогда, когда устройство к моменту загрузки находится уже в распоряжении (не пользовании, а именно распоряжении!) пользователя.
Таким образом, если банк сначала загрузил соответствующую информацию, когда устройство не было ещё в распоряжении кого бы то ни было, кроме банка, а затем передал в распоряжение (или всё же в пользование?!) устройство этому самому «пользователю», то никакого момента выпуска электронных денег не было.
Тут действовала следующая рекомендация: если есть возможность использовать несколько пороков определений сразу, то их необходимо именно все и использовать. Например, в данном случае была бы выработана рекомендация загружать информацию на носитель,
1) не являющийся смарт‑картой,
2) в то время, когда таковой не находится вообще в пределах действия прав никого, кроме эмитента,
3) передавать этот носитель ни в коем случае не в распоряжение (которое, к слову сказать мало кому вообще потребно), а только в пользование.
2.4. Банк-емітент зобов'язаний забезпечити, щоб сума електронних грошей на одному електронному пристрої, що перебуває в розпорядженні користувача, не перевищувала суму, еквівалентну 5 000 гривень.
2.4. Банк-эмитент обязан обеспечить, чтобы сумма электронных денег на одном электронном устройстве, находящимся в распоряжении пользователя, не превышала суммы, эквивалентной 5 000 гривен. (Уж да простит меня Национальный банк Украины, но слово, обозначающее украинскую валюту пишется по‑русски всё‑таки не «гривня», а «гривна»)
И в этой норме говорится (обратите внимание!) не о пользовании электронным устройством, а именно о распоряжении им. Следовательно, если электронное устройство находится, скажем, в аренде у пользователя, то никаких ограничений по суммам, записанным на нём, вообще не имеется и именно согласно указанному правилу.
2.5. Банк-емітент зобов'язаний надавати держателям інформацію щодо тарифів і правил здійснення держателями операцій з випущеними ним електронними грошима.
2.5. Банк-эмитент обязан предоставлять держателям информацию относительно тарифов и правил осуществления держателями операций с выпущенными им электронными деньгами.
Странное требование (что хотели и имели в виду — вопрос особый, важно лишь то, что написали!), если иметь учесть, что объём такой информации никак не регламентирован и о каких «операциях» идёт речь совершенно неясно, так как при административновосторженном многописании о всевозможных «терминах», описать что же такое «операция» как‑то вот эдак подзабыли. Считается ли выполненным это правило, если выдана, например, следующая информация: «Тарифы низкие, правила неизменные!»?
2.6. Банк-емітент зобов'язаний до початку здійснення випуску електронних грошей та в порядку, установленому цим Положенням, узгодити з Національним банком правила системи електронних грошей, за винятком:
правил Національної системи масових електронних платежів;
випуску банком наперед оплачених платіжних карток за договором, укладеним з платіжною організацією міжнародної платіжної системи, зареєстрованим Національним банком у встановленому законодавством України порядку.
2.6. Банк-эмитент обязан до начала осуществления выпуска электронных денег и в порядке, установленным этим Положением, согласовать с Национальным банком правила системы электронных денег, за исключением:
правил Национальной системы массовых электронных платежей;
выпуска банком заранее оплаченных платёжных карточек по договору, заключённому с платёжной организацией международной платёжной системы, зарегистрированным Национальным банком в установленном законодательством Украины порядке.
В этой норме ясна цель, но никак не ясно: Национальный банк Украины вообще обладает произволом в согласовании правил системы электронных денег, то ли платёжных систем или же всё-таки он несёт при определённых условиях обязанность согласовать подобные правила? Если первое, то можно себе представить криминогенность названного пункта правил. Если второе, то где и кем, собственно, устанавливаются эти условия? как видите, во всём том, что касается обязанностей самого Национального банка Украины, никто и не пытается сказать ничего определённого.
И вот теперь давайте и далее посмотрим, что, например, получается при такой странной капусте с определениями.
2.7. Банк-емітент зобов'язаний протягом 10 календарних днів з початку здійснення випуску електронних грошей повідомити про це Національний банк за формою згідно з додатком 1 до цього Положення.
2.7. Банк-эмитент обязан в течении 10 календарных дней с начала осуществления выпуска электронных денег уведомить об этом Национальный банк по форме в соответствии с приложением 1 к этому Положению.
Вполне определённая была бы норма, если бы не полная неопределённость момента начала выпуска электронных платежей, как это видно из уже приведённого комментария.
2.8. Банк-емітент зобов'язаний щокварталу до 10 числа місяця, наступного за звітним періодом, надавати Національному банку інформацію про діяльність, пов'язану з випуском та обігом електронних грошей, за формою згідно з додатком 2 до цього Положення.
2.8. Банк-эмитент обязан ежеквартально до 10 числа месяца, следующего за отчётным периодом, предоставлять Национальному банку информацию о деятельности, связанной с выпуском и оборотом электронных денег, по форме в соответствии с приложением 2 к этому Положению.
Тоже определённая норма? — Была бы. Вот только не вполне понятно: каким образом банк-эмитент может контролировать обращение эмитированных им электронных денег в той части этого обращения, которая не замкнута на сам банк-эмитент.
И вот мы начинаем уже видеть явные и откровенные прорехи в нормативном акте: по меньшей мере один из предписанных сроков оказался привязан к моменту выпуска электронных денег. А этот момент, как видно из изложенного же вообще может никогда не наступить, хотя «электронные деньги» обращаться как раз начнут. Между тем, Национальный банк Украины не только зачем‑то написал этот акт, но и сделал его вполне обязательным на всей территории Украины. А обязательность этого акта, естественно, ограничила свободу субъектов и их права. Следовательно, тот, кто мог обеспечить хотя бы восстановление такой свободы, оказывался в выигрыше. По существу, этот кто‑о становился проводником по топкому болоту нормативов, по тому самому болоту, которое устроил, конечно же, не этот проводник. Даже если этот вот поводырь и не стал бы показывать пути другим, то сам он получал большую свободу, чем иные участники рынка. Но получал большую свободу не потому, что он её откуда‑то дополнительно взял, а только потому, что у остальных её отнял тот самый Национальный банк Украины, который сочинил исследуемый документ.
Мы не будем далее проводить анализ названного нормативно‑правового акта, поскольку, повторюсь, сделать это по предложенному шаблону в состоянии любой юрист, которому вообще пришло в голову заняться подобной работой, но не в качестве ответа на уже состоявшуюся угрозу в виде иска, как это происходит чаще всего, а именно превентивно. Лучше в следующем выпуске мы покажем, как, например, может быть использован этот наш критический разбор.
Когда я однажды призвал знакомую адвокатессу заняться подобным превентивным анализом, то, к своему изумлению, услышал:
„У меня в производстве таких дел нет! Будут дела — буду разбираться. Надо решать проблемы по мере их возникновения“
Комментировать подобный подход лично у меня нет никакого желания
