Когда я читал книгу П.А.Михина "Артиллеристы, Сталин дал приказ!", у меня возник вопрос — а не тот ли это комбат, про которого мой дед, человек весьма скептический по отношению к любому начальству, вспоминал с большим уважением?
Про деда читайте мою заметку "Я начал воевать кузнецом в артиллерии". Дед рассказывал, что их командир батареи до войны был учителем математики. "Сначала все обдумывал. И, глядишь, и боевую задачу выполнит и людей сохранит. Его потом взяли на повышение".
Дед прошел через Курскую дугу, форсировал Днепр, был тяжело ранен в Венгрии, где для него война и закончилась.
Это совпадает с тем, что рассказал о себе в своей книге Михин. Он тоже был учителем математики, и прошел тот же боевой путь, плюс Чехословакия, а потом через перевал Хинган в Китай. А еще он упоминает, что в его батарее воевали пензяки. А дед ушел на войну из Пензы.
Был ли Михин тем комбатом, мне сегодня спросить не у кого. Дед умер в 1980-м, Михин в 2020-м.
А вот книгу Михина "Артиллеристы, Сталин дал приказ!" я настоятельно рекомендую не только интересующимся военной историей, но и практикам военного дела всех рангов.
Две главы из нее запомнились мне особо.
В главе первой "Наш первый бой" Михин рассказывает, как в июле 1942 подо Ржевом он, только что прибывший на фронт лейтенант, потерял ночью ориентировку и установил батарею на обращенном к противнику склоне холма, вместо противоположного. Спасла качественная маскировка. Но главное, что после того, как батарея отстрелялась, немцы нанесли ответный удар по тому месту, где она должна была бы стоять по всем правилам военной науки. После этого авторитет молодого лейтенанта среди солдат от минусовых величин поднялся до небес. Люди, не знавшие, что это была ошибка, решили, что его выбор спас их жизни. Михин пишет, что с тех пор он таких грубых ошибок не допускал, но всякий раз устанавливал орудия немного в стороне от того, как предписывают наставления и уставы.
В главе тринадцатой "Отчаяние" Михин пишет про "неубиваемых". Так он называет тех, кто несколько месяцев находился на передовой, оставаясь живыми и физически невредимыми. Рассказывает он об этом на своем примере и примере своего друга, командира пехотного батальона Морозова. Накопленное нервное напряжение привело к тому, что попав однажды под артобстрел, который велся именно по ним двоим, идущим по открытой местности с позиции батальона на позицию батареи, они неторопливо, как на прогулке, прошли весь путь, демонстративно и вызывающе не обращая внимания на разрывы. И остались невредимыми. Только у Морозова осколок рассек верхушку пилотки. А потом с ним, боевым офицером, случилась истерика со слезами и причитаниями. Как пишет Михин, он сам не впал в истеричное состояние только потому, что рядом находились его батарейцы, и на их глазах это было недопустимо. Закончилось все тем, что их обоих отправили в Сочи, в офицерский санаторий на десять суток. И только потому, что комдив считал их комбатами, способными одержать победу в любом бою, поэтому потратил на них две единственные путевки, впервые с начала войны поступившие в дивизию.
В этих воспоминаниях еще много интересного и, как мне представляется, полезного.
Книгу "Артиллеристы, Сталин дал приказ!" П.А.Михина можно прочитать или скачать из Интернета.
А по поводу моего деда — в его военном билете указаны другой полк и другая дивизия, чем та, в которой воевал Михин... Хотя есть у меня все же соображения, что это какая-то неувязка, и мой дед рассказывал именно про него.
Подборка моих публикаций "2-я мировая"