Эти прострелы рванули из-под земли в майские праздники.
Рассыпались они у Шиловского пруда, на склонах прибрежной холма, с которого шагают к воде стройные, по-отрочески длинные сосны-курсанты из какого-то невероятного музвзвода.
Шиловский пруд – памятник природы в Березовском городском округе, Свердловская область. Над весенней водой струится запах канифоли, словно сосны-музыканты исполнили команду «вольно! разойдись!» – и натирают канифолью смычки своих совсем не воинственных инструментов. То тут, то там от стволов и ветвей слышится легкий вскрип – как от сорвавшейся из-под пальцев струны.
А прострелы молчат. И молча тянутся к музыке соснового леса. Для человека степного здесь много непривычного. Хотя бы подстилка, сквозь которую пробивается прострел желтеющий: хвоя и сосновые шишки.
И цвет у здешнего прострела заметно отличается от ультрамариновых тонов степных первоцветов. Наши – на виду, на солнце. И густой синий окрас, приглушая слепящее солнце, хорошо выбивается из степного сеновала прошлогодней травы.
А на Шиловке – тени, качаются в такт «музыкантам», натирающим смычок. А на Шиловке, на разных ярусах лесного пространства – четкие штрихи зеленых игл, топорщатся, скрещиваются, роняют на нижние уровни солнечную осыпь. Здесь, чтобы шмели-опылители попали к первоцвету – нужны особые краски на лепестках, нужны мягкие бело-желтые пульсары с тёмно-серой подложкой... Тем более, что запах из цветковой чашки никого не приманит – хвоя перебивает его тонкий аромат.
Вот и старалась природа миллионы лет, пробовала так, пробовала эдак, сгущала и убавляла желтизну на лепестках, чтобы привлечь шмелей. Так и стали цветки желтеющими. Не жёлтыми, а именно желтеюшими, то прибавляющими, то ослабляющими свой жёлтый... Они от этого заметны при любых раскладах теней и солнечных пятен. Э, да что я говорю… На эти цветы, нежные цветы моей свердловской юности, нужно смотреть. Смотреть – похотливым шмелиным взглядом.