Глава 108.
- Занятно, что я больше тебя совсем не ревную, — признался я. – Боль пропала.
- Я для тебя больше не имею никакого значения? – испугалась она.
— Это чуть со мной не случилось.
- Что?
- Мне все, кто находился рядом с тобой, стали в один момент неинтересны.
- А ревность?
- Её больше нет. – Сознался я. – Я стал выше всего этого. Понимаешь меня?
- Нет.
- Всё то, что я узнавал о тебе, для меня теряло смысл, — продолжал я. – И твой поцелуй…
- Его не было, — перебила меня она.
- Ладно не было поцелуя, но были созданы тобой для этого все условия. – Говорил я дальше. – Твои слова и действия. Все твои поступки, мною были вынесены на мой суд, где я подверг анализу все твои действия в подробностях. И передо мной встал вопрос, что мне дальше делать: наказывать тебя – оборвав с тобой все отношения или помиловать и спасти тебя от самой себя.
- И ты решил спасти меня? – прошептала она. – Почему?
- Да, — ответил я. – Я любил тебя.
- Любил?
- Да.
- А сейчас?
- И сейчас, кажется, пока ещё люблю. – Сознался я. – Позволь мне закончить. К тому же наша жизнь, после выпускного вечера незаметно утратила чувство реальности. С моим отъездом в больницу к бабушке, наша жизнь стала напоминать своеобразную игру моего ума и воображения. И я потерял уверенность во всём, как будто бы война и меня предали. Я не уверен, что ты меня поймёшь. Но я чувствовал, что после всего случившегося наша с тобой жизнь становится не реальной. Какой-то дурной фантазией. Тебе, наконец-то нужно задуматься и постараться принять важное решение, это важно для наших дальнейших отношений.
- Прости. – Утирая слёзы со своего лица, говорила Полина. – Я мерзкая гадина. Прости. Я тебе хочу сознаться…
- Я ничего не хочу слышать, — вскрикнул я. – Этому нет оправдания…
- Умоляю. – Шепчет она мне на ухо, цепляя его своими влажными губами, а сама подумала. – Я больше не хочу, чтобы Игорь мелькал в моей жизни. Ведь он посланник нечистой силы. И как я могла так быстро влюбиться в это ничтожество? Это была такая жизненная ситуация. Зачем я притянула к себе то, от чего мне плохо?
- Так вот, — продолжал я. – Если бы кто-то, прислушивался, возле моей двери, он бы решил, что в нашей с бабушкой квартире живут много разных людей. Так как за моей дверью был слышны множество разных голосов. Иногда ругань, переходящая в причитания. Временами были слышны звуки неугомонного смеха, а потом слова примирения.
- И это был ты один?
- Да, — ответил я. – Так вод подслушивающий у моей двери, мог бы посчитать, что в этой квартире живут множество людей, но самое главное, что в этой маленькой комнатке, уместилась настоящая жизнь одинокого человека.
- Тебе было нелегко.
- И я не сошёл сума. – Сознался я. – Я хочу, чтобы ты окунулась в моё состояние, в движение моих предположений. Это важно. И от этого зависит, поймёшь ли ты меня сейчас.
- Я тебя поняла, мне никто кроме тебя не нужен. Прости меня.
- А самое страшное случилось, когда мне пришла мысль, что мне не стоит возвращаться в наши токсичные отношения. Тогда я очень испугался, так как эта мысль была настолько очевидна.
- Петя, пойдём домой, прошу тебя. – Сказала Полина. – У меня больше нет сил.
- Пойдём, — согласился я, подымаясь со скамейки. – Я до сих пор помню, тот момент, когда я рассуждал об наших непростых отношениях.
Мы, не торопясь поднимались по ступеням ко мне домой.
- Я тогда сидел у окна, чего-то ждал, — говорил я. – Вспоминал наши с тобой отношения с момента их зарождения и по нынешний момент. И ничего не увидел, кроме темноты, стремящуюся просочиться в комнату, но свет отгонял её. И тут ко мне вернулась простая мысль, а ведь я не должен возвращаться в ту нашу жизнь. Ведь мы с тобой всё хорошее растеряли и забыли на тот момент. Мне нужно было выбирать.