Сегодня речь пойдёт о завершении сериала «Чернобыль. Зона отчуждения» – фильме «Чернобыль: Зона отчуждения. Финал».
Перед прочтением можно ознакомиться с моими обзорами на предшествующие два сезона (кто ещё этого не сделал):
Начну с того, что создатели решили пооригинальничать и представили зрителю как бы три фильма с альтернативными событиями и альтернативными концовками (ключевые два слова здесь – как бы). Даже похвастались этой своей концепцией на постере:
Более правдиво сей постер выглядел бы так:
К этой мнимой «тройственности» я вернусь чуть позже, а пока кратенько пробегусь по сюжету.
Павел, который вожак и главгерой, попал под контроль Зоны, и творит зловещие дела: бегает в плаще с капюшоном, выкидывает сверхъестественные штуки и заражает людей посредством переливания крови (подозрительно напоминая мне Алекса Мерсера из дилогии «Prototype»). Случайно обнаруживает себя перед своей бывшей компашкой и на время выходит из-под влияния Зоны.
Друзья вместе с присоединившимся к ним полковником-пенсионером Рябовым отправляются спасать главгероя.
Куда?
Правильно, снова в пресловутую Зону.
А там под защитным саркофагом четвёртого энергоблока Паша строит очередную машину времени – но не для тела, а для сознания.
Почему?
Потому что это проект советского инженера Виталия Сорокина, который после взрыва ЧАЭС стал своего рода персонификацией самой Зоны (простите за повторяющееся слово, тут синоним не подберу). Он хочет вернуться в день, который помнит лучше всего, – в день, предшествующий той самой аварии... (Ну а физической оболочки у него нет, утратил.)
Естественно, очухавшийся Павлик со своими старыми знакомыми спешит понавставлять ему палок в колёса.
Как реализована концепция «трёх миров, трёх финалов»? А вот так: это один и тот же фильм с незначительными различиями типа: ждала ли Аня Пашу или завела себе парня (который нужен для того, чтобы показать постельную сцену со скримером, а потом быстренько помереть от бандитской пули), убьёт ли Паша главу межгосударственной комиссии или введёт свою кровь (и если введёт, то когда он помрёт – до допроса в ФСБ или после), умрёт ли Костенко сразу или помучается, как и когда окочурится охранник-предатель с конференции...
Различия несущественны и минимальны. За одним исключением.
И исключение это – Рябов (как по мне, единственный интересный персонаж).
В первом фильме он появляется, во втором нам дают чуть больше информации о его трагической судьбе, в третьем – ещё больше, показывая некоторые его воспоминания.
С этими самыми воспоминаниями связан ну просто эпический ляп, смотрите сами, сделал скрин:
Хорошо хоть, не 86 мартобря, между днём и ночью, как у Николая Васильевича Гоголя...
В первом фильме Рябов видит галлюцинации – собаку и жену. Во втором галлюцинация – только супруга, собака существует на самом деле. Ну а в третьем жива и жена.
Тут, кстати, ещё один «косяк»: в сюжетной линии, где собака реальна, Рябову задают вопрос: реальна ли машина, о наличии которой он говорит, или она – как собака, то есть глюк?
Видно, что отличающиеся сценки небрежно вклеили в первый фильм, сделав типа второй и типа третий.
Ещё из ляпов... Аня упоминает, что Костенко стал генералом, но он ведь уже состоял в генеральском чине во втором сезоне (там он генерал-майор, здесь – генерал-лейтенант; да, повышение, но сказано это так, будто до него он полковником был). И Лёха... Этого персонажа, который органичнее смотрится в обезьяннике, а не в кадре, обрядили в полицейскую форму и повесили звёзды старшего лейтенанта, но... он пэпээсник, а старлей в ППС – уровень командира взвода, так быстро упырь бы до этой ступеньки не поднялся.
Впрочем, не буду утомлять этими своими докапываниями (которые лично мне сильно портят восприятие).
История Рябова хороша, но ради полудюжины минут пересматривать одно и то же трижды (я песню Леонтьева про дельтаплан возненавидел!) – увольте... Лучше бы отдельный фильм про Рябова сняли, спин-офф, как говорится.
Финалы тоже разочаровывают.
Вот что я нафантазировал себе?
В первом – в прошлое возвращается Паша (то есть, верх одержал он), во втором – Сорокин (победа за ним), в третьем – скажем, машина не сработала (ничья).
Ага, размечтался...
Все финалы – по сути, одно и то же: в Чернобыль никто не поехал, а Аня и Паша всё равно «замутили».
В первом Подкастера не пускают на порог, и он не крадёт деньги, во втором – Паша уговаривает родителей забрать деньги из квартиры, в третьем операцию отменяет двигатель сюжета (и по совместительству антагонист) первого сезона. Что глупо – его прошлое не прошло через машину и не могло на него повлиять.
Но с логикой тут традиционно проблемы...
Да и смотрятся постаревшие актёры уже не как вчерашние подростки из первого сезона, что создаёт дополнительный диссонанс.
А противостояние главгероя Паши и главгада Сорокина? В чём обычно кроется конфликт героя и злодея? Злодей хочет учинить некое злодейство, а герой его останавливает.
Но какое злодейство собирается совершить с помощью машины времени Сорокин? Предотвратить аварию на ЧАЭС. Это что, злодейство?!
И Павлик его останавливает.
Так кто тут гад, что-то я запутался...
И в заключение... Вот знаете, возможно, когда-то я захочу пересмотреть сериал «Чернобыль. Зона отчуждения», но вспомню о «Финале» – и передумаю, потому что мой внутренний перфекционист – чрезвычайно силён, чертяка! – заставит смотреть все эти три... мира... которые одни и те же – догадайтесь что, если знаете поговорку! – только в профиль.