"Лёлька удивилась, голос был вроде бы знакомым, но кому принадлежал – она никак не могла угадать. Взглянув на Хана, который сидел рядом и смотрел на хозяйку, Лёлька отворила дверь. Закутанная в шаль женская фигура стояла на крыльце стараясь не попадать в кружок света от маленькой лампочки над дверью..."
НАЧАЛО.
Глава 50.
Все эти дни у Лёльки были богаты на гостей. После Гришина, когда она заканчивала топить баню и собиралась как следует насладиться теплом, у калитки показалась женская фигура с большой сумкой в руках. Хан недовольно гавкал, хотя с любопытством поглядывал на сумку гостьи. У калитки стояла Валентина Ивановна Мохова, мать Димы.
- Лёлечка, можно к вам? – недоверчиво косясь на Хана, спросила женщина.
- Конечно, входите! – пригласила Лёлька, и подумала, как же прав был Лешаков, она теперь тут «знаменитость».
- Лёлечка, я к вам вот с гостинцами! Примите от чистого сердца, угоститесь, всё домашнее! Спасибо вам за сыночка нашего, я вот у него вчера была в больнице, идёт на поправку, радуется – скоро выпишут! А я… как подумаю, что вы, хрупкая девочка, там, на реке… И если бы не вы…
Валентина Ивановна не смогла сдержать слёз, они крупными каплями текли по щекам, руки её тряслись, когда она снимала с головы платок. Лёлька усадила гостью на стул и достала успокоительные капли, прекрасно понимая состояние матери, чуть не потерявшей сына.
- Успокойтесь, всё позади. Дима в безопасности, он сильный. А вы знаете, он ведь меня спас там, на тёплом ключе! Садитесь, я вам сейчас всё расскажу!
Уже близился вечер, погода испортилась, подул колючий ветер, обещая принести те самые морозы, о которых говорил Гришин. Лёля проводила гостью, поблагодарив за гостинцы, не взять такую искреннюю благодарность она просто не могла, хотя теперь у неё запасов было столько, что прокормиться можно было до самой весны. Валентина Ивановна, уходя, убеждала Лёлю, что ей необходима пара мешков картошки, и она пришлёт мужа с ними, как только тот вернётся с работы. Кое-как убедив гостью, что столько картошки ей не осилить и клятвенно заверив, что как только ей будет нужно, она сообщит о любой своей надобности семье Моховых, Лёлька с теплом в сердце проводила гостью до калитки. Всё же соль этой земли в людях, думала она, иначе здесь никто бы и не выжил, в суровом этом краю.
Заперев калитку, она осмотрелась вокруг. Всмотрелась в сумеречную даль, за овраг, и за невысокий подлесок, за которым угадывалась река…
- Ну что, Хан, сегодня холодно, иди-ка ты лучше в сени сегодня, - она посмотрела на сидящего рядом с нею пса, который тоже глядел куда-то за плетень, в сторону деревни, где отзывались голоса дворовых собак.
Лёлька думала, что как-то ей спокойнее спится, когда Хан сопит и ворочается у печки, хоть это и неправильно, как убеждали её все местные – держать собаку в доме, а не во дворе, где ей самое место.
- Да знаешь что! Мало ли, кто чего там говорит, - отвечала Лёлька самой себе, разговаривая при этом с Ханом, - Посидели бы там в снегу, потом бы сами к печке запросились! Вот и всё, а мы с тобой будем делать то, что нам самим нравится! В такой мороз у печки самое место, даже если ты собака.
После пары часов, проведённых в бане, где она с наслаждением вдыхала горячий пар, выходила в предбанник попить чаю, и снова возвращалась во влажное тепло, Лёлька чувствовала себя усталой и наконец-то расслабленной. События последних дней, которые всё ещё жили вместе с ней в её воспоминаниях, сейчас словно отошли на второй план и немного померкли в своих красках. Она почувствовала, как уходит то, что железным обручем сковывало её там, в тайге и придавало силы идти вперёд. Сейчас всё это позади, и она дома…
Лёля сидела за столом в маленьком домике, слушала, как в печи трещат поленья, как посапывает на своём старом одеяле довольный Хан и думала про разговор с Гришиным. Взяв блокнот, в котором писала раньше назначения пациентам на приёме, Лёлька вырвала оттуда несколько листов и стала отмечать всё, что вспоминалось и казалось хоть сколько-то значимым. Названия, которые она мельком видела на Володиных картах, обозначения, какие-то значки, пока ей не понятные, но она спросит потом, что они обозначают… Теперь, когда эмоции немного улеглись, картина произошедшего стала выглядеть чётче и реалистичнее. Вот теперь нужно было Гришину к ней приходить на беседу, а не тогда, когда у неё поджилки ещё тряслись от пережитого.
Негромкий стук в дверь отвлёк Лёльку и она вздрогнула, когда Хан резко поднял голову и навострил уши. Это означало, что пришёл кто-то незнакомый, кого умный пёс не встречал ещё в их дворе. Лёлька давно заметила, что Хан обладает недюжинной смекалкой, и если хоть раз человек появлялся здесь и Лёлька встречала его как гостя, Хан запоминал это и в следующий раз уже предупреждал хозяйку приветливым погавкиванием, а не настороженным лаем. А в доме он никогда не лаял, но по его виду можно было всё понять. Сейчас Лёлька понимала – за дверью кто-то незнакомый Хану… если не хуже.
Душа похолодела, потому что вспомнился жуткий вид Коляна Сивцова… Хотя она и понимала, откуда ему тут взяться… наверное!
- Кто там? – спросила Лёлька, выйдя в сени и кутаясь в куртку.
- Это я, - раздался за дверью негромкий женский голос, - Откройте пожалуйста.
Лёлька удивилась, голос был вроде бы знакомым, но кому принадлежал – она никак не могла угадать. Взглянув на Хана, который сидел рядом и смотрел на хозяйку, Лёлька отворила дверь.
Закутанная в шаль женская фигура стояла на крыльце стараясь не попадать в кружок света от маленькой лампочки над дверью.
- Что вам нужно? Вы кто? – спросила Лёля, одной рукой придерживая дверь, а другой – ошейник Хана, норовящего высунуться наружу.
- Можно я войду? Прошу тебя… помоги мне.
Лёлька узнала этот взгляд холодных голубых глаз, и теперь в замешательстве не знала, как ей поступить… пускать ли Марину, явившуюся под покровом сумерек, в свой дом.
Чуть позже Марина сидела на табурете у двери, Лёлька устроилась на стуле напротив неё, а между ними, словно приглядывая за гостьей, сидел на стороже Хан.
- Ты прости, что я к тебе… Но мне больше не к кому идти. Я про тебя-то кое-как узнала, возле магазина тётки судачили, что и не страшно «местной медичке» одной после такого случая, ну и ещё тебе какого-то Мохова в мужья прочили…, - Марина кривовато усмехнулась, словно пытаясь вывести непростой их разговор в весёлое русло, - Вот они и болтали, что ты возле леса живёшь, где плетень вместо забора.
- Что тебе нужно? – ответила Лёлька, даже уголками губ не улыбнувшись в ответ на неуклюжие шутки гостьи.
- Слушай… у тебя есть деньги? Ты не думай, я тебе всё отдам! Только доберусь до дома, до родителей… И всё тебе пришлю! Мне нужно только добраться…
- Какие деньги? Как ты собираешься уехать отсюда, из Заречного? Да и вообще, ты понимаешь, что тебя ищут, и искать не перестанут! Пойдём со мной, я тебя отведу – тут группа работает по расследованию. Всё им расскажешь, и они тебе помогут добраться, куда ты там хочешь.
- Нет! Ты что, с ума сошла?! Какая милиция?! Да меня потом просто убьют! – Марина невольно взялась за свою покалеченную руку, - А как я выберусь… так я уже договорилась, меня вывезут отсюда, но нужны деньги. У меня… ничего не осталось, так получилось… Я и сюда-то с трудом добралась, почти всё отдала, что было, чтобы незаметно попасть сюда, а отсюда на лесовозе можно… До города добраться, а там поездом. Ну что, не поможешь?
- Кто тебя убьёт? Кого ты боишься, скажи всё без утайки, тебя защитят! – Лёлька не знала, как ей поступить, - А так, болтаться самой по тайге, это опаснее! Милиция тебя защитит!
- Ты дypa, если не понимаешь! Никого они не защитят, просто не смогут! Ладно! Зря я сюда пришла, так и думала, что от тебя толку не будет! Не поймёшь ты меня!
- Да куда уж мне до твоих интриг и тайн! – возмутилась Лёлька, - У меня есть пятьдесят… нет, шестьдесят рублей, разве тебе этого хватит? Ты что, думала у меня тут в чулке пара тысяч завалялась?
Марина молча заматывала шаль, намереваясь выйти на холодный ветер.
- Слушай… куда ты пойдёшь в такой холод?! – Лёлька пыталась увещевать упрямую нежданную свою гостью, - Я тебе обещаю, что поговорю со следователем, расскажу ему, что ты мне помогла тогда в Заречном. Ничего тебе не будет, ты останешься под охраной.
Марина стояла у дверей и с каким-то обречённым выражением лица смотрела то на Лёлю, то на сидящего возле хозяйки пса. Лёлька достала деньги из маленькой шкатулки в столе.
- Вот, держи. Но ты должна знать – я сейчас же пойду в «Красный уголок», где милиция у нас сейчас работает, и расскажу им, что ты приходила ко мне и ты в опасности!
- Иди. Только потом не удивляйся, если как-нибудь пойдёшь по тропинке над оврагом, а найдут тебя по весне, когда овраг вытает. Мой тебе совет, сиди и не высовывайся, а станут спрашивать – отвечай, что от потрясения ничего не помнишь! Целее будешь. И… спасибо тебе за деньги. Я потом тебе пришлю на этот адрес.
- Да ладно, не трудись, переживу, - пожала плечами Лёлька, испытывая странное чувство к этой женщине, одновременно и жалея, и ненавидя её.
Марина молча покинула дом, укутав лицо шалью до самых глаз. Глядя в маленькое оконце, Лёлька видела, как она скрылась в густеющих сумерках, а потом нехотя и сама начала одеваться. А ведь так хотелось провести вечер дома, в тепле, тишине и покое….
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья, рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, по одной главе, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.